Тайная тюрьма - Михаил Нестеров Страница 72

Он мысленно разговаривал с Лолкой.

«Будь счастлива... Я за тебя в огонь и воду. Что меня ждет? Серая лента дороги и зеленая стена вдоль нее. Меня ждет перекресток, где я пожму руку товарищам и пойду прямо. Кок повернет направо, Тимур налево. Но никто не повернет назад. И не оглянется. Прошлое не вернешь, будущее не догонишь. Во что я верю? Я верю в декорацию за рампой. Я не проиграл в последнем бою — нет. Я выиграл самый крупный проигрыш в своей жизни — вот и вся разница. И эту победу я посвящаю тебе. Прости. Будь счастлива. Просыпайся с рассветом — с него все и начинается. О чем я мечтаю? Жить вечно. Не хочу быть трупом, чтобы слышать о себе только хорошее. На кого я похож? На боевой нож — с одной стороны он острый, с другой он с приличными зазубринами. А еще на нем есть желобок для стока крови. Кто я без тебя? Не знаю. Просто путник. Мне нравится моя запыленная обувь. Я в предвкушении другой жизни, свободы. Уже сейчас начинаю проникать в тайну, что значит жить другой жизнью, лежащей между двумя измерениями. Она прибавит уверенности и добавит сил. Она мне кажется замедленной, тогда как люди вокруг суетятся, как муравьи. Что я хочу сделать на прощание? Коснуться твоей щеки и навсегда запомнить твой запах».

Навсегда покидая этот отель, Джеб под словами капитана, написанными на факсе, повторил его: «Я не такой, как о себе думаю».

...Он не смог ответить на вопрос Абрамова: «Куда ты?» Выручил Кок. Он всегда находил нужные слова.

Николай пожал руки Лолите и Абрамову, остающимся в отеле, и улыбнулся им:

— "В перерывах между боями воин света отдыхает". С этим не поспоришь, правда? В перерывах между нашими боями мы всегда стремились к «томной неге воскресных вечеров, когда время проходит — и ничего больше».