Наследство последнего императора - Николай Волынский Страница 226

Д. Ходнев свидетельствует (1967): «Незадолго до своей праведной кончины Преподобный Серафим Саровский вручил запечатанный пакет верующей и богобоязненной женщине, Е.И. Мотовиловой, наказав хранить его и передать тому Царю, который приедет в Саров «особо обо мне молиться».

Через семьдесят лет, в 1903 году, этот пакет был вручен Государю во время прославления Преподобного Серафима Саровского, – открытия его святых мощей. Это была рукопись Святого, в которой он подготовлял Государя к тяжким испытаниям. Тогда же и там же об этом устно поведала ему и блаженная Паша Саровская. Об этом рассказал мне мой отец, который тогда, в 1903 году, командуя Фанагорийским гренадерским Генералиссимуса Суворова полком, был в охране Царя в Сарове при открытии мощей Святого».

«Во время прославления в Дивееве жила знаменитая на всю Россию Христа ради блаженная Паша Саровская. Государь был осведомлен не только о Дивееве, но и о Паше Саровской. Император со всеми Великими Князьями и тремя митрополитами проследовали из Сарова в Дивеево, куда на торжество собралось около 200 тысяч человек.

Блаженная Паша, ожидая Государя, не велела готовиться особо, но попросила сделать из глины 9 солдатиков и сварить чугунок картошки в мундирах. Матушка игумения приказала вынести из келии блаженной все стулья и постелить большой ковер. Их Величества, Великие Князья и митрополиты едва смогли войти все вместе в эту маленькую келию. Паша, когда Государь вошел, взяла палочку и посшибала головки у всех солдатиков, предсказывая их мученическую кончину (на самом деле погибло 11 человек, ибо еще двое из приближенных к царской семье пожелали с ней остаться и стать соучастниками страданий царственных мучеников), а к трапезе предложила картошку в мундирах, что значило суровость их последних дней. Потом блаженная сказала: «Пусть только Царь с Царицей останутся». Государь извиняюще посмотрел на всех и попросил оставить его и Государыню одних, – видимо, предстоял какой-то очень серьезный разговор.

Все вышли и сели в свои экипажи, ожидая выхода Их Величеств. Матушка игумения выходила из келии последняя и слышит, как блаженная Паша, обращаясь к Царствующим Особам, сказала: «Садитесь». Государь оглянулся и, увидев, что негде сесть, смутился, а блаженная говорит им: «Садитесь на пол». Великое смирение – Государь и Государыня опустились на ковер, иначе бы они не устояли от ужаса, который внушало то, о чем им говорила Паша Саровская.

Все, что она им сказала, потом исполнилось, т. е. гибель России, Династии, разгром Церкви и море крови. Беседа продолжалась очень долго. Их Величества ужасались, Государыня была близка к обмороку, наконец, она сказала: «Я вам не верю, этого не может быть!» Надо понять состояние Императрицы! Ведь это было за год до рождения Цесаревича Алексея, а они очень хотели иметь Наследника, и Параскева Ивановна (Паша) достала с кровати кусочек красной материи и протянула Императрице: «Это твоему сынишке на штанишки, и когда он родится, то поверишь тому, о чем я говорила Вам», – так описывает этот эпизод упомянутая нами выше «Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря» часть 2, составленная по благословлению и при участии митрополита Серафима (Чичагова) (1856–1937).

С этого момента Государь начал считать себя обреченным на эти крестные муки, позже говорил не раз: «Нет такой жертвы, которую я бы не принес, чтобы спасти Россию».

Александр Петрович Извольский (1856–1919), министр иностранных дел Российской Империи в 1906-1910-х годах писал в своих воспоминаниях о вспыхнувшем в ночь с 19 на 20 июля 1906 года вооруженном бунте в Кронштадте: «…в тот день, 20 июля, когда мятеж достигал своего кульминационного пункта, я находился близ Императора в Петергофе… В окно виднелись линии укреплений… Мы явственно слышали звуки канонады… Я не мог подметить в его чертах ни малейшего признака волнения… После доклада Государь сказал: «Если вы и видите меня столь спокойным, то это потому, что я имею непоколебимую веру в то, что судьба России, моя собственная судьба и судьба моей семьи – в руках Господа. Что бы ни случилось, я склоняюсь перед Его волей».

Многие и другие предсказания, несомненно, предопределяли поведение Николая Второго вплоть до мученического конца, который он предвидел. Французский посол при Русском Дворе Морис Палеолог писал: «Это было в 1909 году. Однажды Столыпин предлагает Государю важную меру внутренней политики. Задумчиво выслушав его, Николай Второй делает движение скептическое, беззаботное, – движение, которое как бы говорит: «Это ли, или что другое, не все ли равно?!» Наконец, он говорит тоном глубокой грусти:

– Мне, Петр Аркадьевич, не удается ничего из того, что я предпринимаю.

Столыпин протестует. Тогда Государь у него спрашивает:

– Читали ли Вы Жития Святых?

– Да, по крайней мере, частью, так как, если не ошибаюсь, этот труд содержит около двадцати томов.

– Знаете ли Вы также, когда день моего рождения?

– Разве я мог бы его не знать? 6-го мая.

– А какого Святого праздник в этот день?

– Простите, Государь, не помню!

– Иова Многострадального.

– Слава Богу! Царствование Вашего Величества завершается со славой, так как Иов, смиренно претерпев самые ужасные испытания, был вознагражден благословением Божиим и благополучием.

– Нет, поверьте мне, Петр Аркадьевич, у меня более, чем предчувствие, у меня в этом глубокая уверенность: я обречен на страшные испытания, но я не получу моей награды здесь, на земле. Сколько раз применял я к себе слова Иова Многострадального: «Ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня, и чего я боялся, то и пришло ко мне» (Иов. 3,25).

…ДОХОДИЛИ вести из Оптиной Пустыни. Важное пророчество было связано с именем иеромонаха Даниила (1837–1907), в миру Дмитрия Михайловича Болтова, автора пророческого полотна, написанного им незадолго до своей смерти. Сюжет картины взят из грядущих времен: на огромном холсте изображены Император, Императрица и Наследник, восхищенные на небеса. Сквозь облака, по которым они ступают, мчатся рои бесов, рвущиеся в ярости к Цесаревичу…

Монахиня Серафима (Булгакова):

«Дивеевские предания»

…Открытие мощей Преподобного Батюшки Серафима состоялось 19 июля 1903 года. Тогда Казанской железной дороги еще не было, ездили через Нижний Новгород. Царский поезд вел начальник дистанции Борис Николаевич Веденисов. Была устроена временная станция против села Выездного в лугах, на переезде возле мельницы. Надо было срочно устроить грунтовую дорогу до Сарова. Никто в такое короткое время не брался этого сделать. Вызвался Б. Н. Веденисов, и Преподобный, со слов Бориса Николаевича, сам ему помог.

Сделали все очень просто. Время стояло жаркое. Дорогу вспахивали плугами, затем поливали водой из бочек и укатывали катками, которыми укатывают поле. Дорога получилась гладкая и твердая как асфальт. Замечу, кстати, что перед смертью в 1950 году Б. Н. Веденисов на моих глазах получил исцеление от кусочка мантии Преподобного Серафима.

Когда Государь входил в Саровский собор, народ стоял по сторонам стеной и одну беременную женщину так сдавили, что она тут же родила мальчика прямо на ковер, почти под ноги Государя. Едва успели убрать. Государь узнал об этом случае и велел записать Себя крестным новорожденному.