Охота на бабочек - Нора Робертс Страница 43

— Как полагаешь, что привлекает людей друг в друге? Ну, помимо физиологии. Я имею в виду, в постели часто оказываются люди, у которых вообще нет ничего общего.

— Ты хочешь сказать, кроме влечения? Думаю, если человек тебе интересен как личность, это тоже немаловажно.

— Ага, и поэтому вы, мужчины, радостно свистите вслед любой мало-мальски привлекательной женщине!.. — Ева закатила глаза.

— Ты о чем?

— Сам знаешь! — Она махнула рукой. — Я понимаю, почему Кей-Ти Харрис понравилась Мэтью. Общее занятие, постоянно вместе, оба привлекательны. Я отчасти понимаю, почему она так завелась, когда он ее бросил. И дело не только в гордости или упрямстве. Главное — наваждение, оно гораздо сильнее гордости и упрямства. Она вешалась на него, следила за ним, наняла частного детектива за довольно кругленькую сумму, чтобы тот совершил противоправные действия и она могла шантажировать Мэтью. Наваждение было настолько сильным, что она даже запланировала и оплатила их совместный отдых. И плевать, хочет он ее или нет. Плевать, что он поехал бы с ней лишь по принуждению. А ведь это уже изнасилование! Вот и ответ на мой вопрос.

— Власть и насилие. Судя по твоим рассказам, она мечтала о власти над людьми, и это было важнее имиджа, важнее карьеры.

— Ты многое знаешь о силе — как ее обрести, как ее сохранить. Если ты чего-то хочешь, то всегда находишь способы, чтобы получить желаемое. Взять хотя бы меня.

Он потянулся и провел пальцами по тыльной стороне ее ладони.

— Я получил что хотел, не так ли?

— Потому что я тоже хотела тебя. Один кофе чего стоит! Глупо было бы отказываться.

— А ты далеко не глупа.

— Но если бы я сглупила и сказала «нет»…

— Сначала так и было.

— Ну да, а ты развернулся и ушел. Из гордости, но это был и стратегический ход. Я влюбилась в тебя без памяти и сама пришла к тебе.

— Скорее, пришла в себя.

— Мне был нужен твой кофе. Но если бы я предпочла другой напиток, что бы ты сделал?

— Любой ценой убедил бы тебя, что без моего кофе тебе жизнь станет не мила. — «На коленях бы умолял, — подумал Рорк. — Но ей об этом знать ни к чему».

— Не совсем любой, — поправила она. — Человек с твоими средствами и связями мог сделать все, что угодно. Ты мог давить на меня, угрожать, шантажировать. Мог даже прибегнуть к насилию. Однако ты так не поступил.

— Я люблю тебя. — Он посмотрел ей в глаза, и Ева поразилась простоте и огромности его чувства. — Я не ставил целью причинять тебе боль, я даже не рассматривал такую возможность.

— Именно! А для Кей-Ти боль — это просто средство, потому что цель — обладание. А боль шла приятным дополнением, как я понимаю. И ее было не остановить.

— Что ты хочешь сказать?

— Кей-Ти могла остановить только смерть. В ее случае убить значило закрыть и запереть дверь в комнату, в которой поджидает что-то опасное или очень неприятное. Именно поэтому ее убийство вышло таким бескровным. Она падает сама или ее толкают. Убийца не бьет и не душит ее, просто сваливает в воду и немного подчищает за собой. Вот и все, мир стал чуть лучше.

— Мэтью ты уже не подозреваешь.

— Запись снимает подозрения с него и с Марлы, хоть они и могли инсценировать случайное обнаружение тела. Они ведь актеры. Но тут показателен способ убийства. Жертва хотела принудить Мэтью к близости, которой он не хотел. Это нечто очень личное и интимное. А способ убийства совсем не такой. Поэтому теперь Мэтью в самом низу списка. А вот Марла…

— Неужели?

— Марла гораздо выше. Думаю, она могла бы устроить Кей-Ти хорошую взбучку — влепила бы пощечину, оцарапала лицо или вцепилась в волосы. Я понимаю, они хотели дать ей отпор. Но также я понимаю, что Марла могла бы увидеться с ней раньше, ударить, а потом запаниковать или разозлиться и утопить ее в бассейне. Мэтью прикрыл бы ее, ведь он любит Марлу. Версия так себе, но вполне вероятная.

Ева глубоко задумалась, пока Рорк вел машину по подъездной дорожке к дому. Заходящее солнце раскрасило стены золотом и отражалось алыми всполохами во всех окнах. В мягком свете еще пока зеленая листва казалась желтой, напоминая о медленно наступающей осени. Выйдя из машины, Ева почувствовала в воздухе легкий намек на грядущие холода — было уже довольно свежо.

— Лето кончилось.

— Что ж, мы насладились им сполна. Становится прохладно, и можно разжечь камин в спальне.

Идея так понравилась Еве, что она вошла в дом с широкой улыбкой. У лестницы маячил Соммерсет.

— До Хэллоуина еще далеко, а ты уже принарядился. Весьма предусмотрительно.

Он слегка поднял бровь.

— Где-то была коробка с одеждой, в которой вы явились в этот дом. На тряпки не годится, так, может, нарядитесь и пойдете по соседям собирать конфеты? Костюм бомжа готов!

— Люблю постоянство, — заметил Рорк, беря Еву за руку и направляясь наверх, — ведь оно — залог успеха.

— Он что, действительно так думает? — воскликнула Ева. Следом за ними метнулся кот. — Или просто меня дразнит?

— Понятия не имею.

— Мои вещи были вполне приличные, — сказала Ева, хмуро оглядываясь.

— Без комментариев, — отрезал Рорк, когда она поймала его взгляд.

— А он всегда в черном, будто гробовщик. Да что он вообще понимает в одежде? Эй! — воскликнула она, когда Рорк провел ее в спальню. — Мне надо работать!

— Разумеется, а я тебе помогу. Но сначала хочу кое-что показать.

— В спальне? — Она прищурилась и смерила мужа пристальным взглядом. — Я уже видела эту штуку. Может, чуть позже я выкрою пару минут, чтобы поиграть с ней.

— И за что мне такое счастье?

Он подвел ее к кровати, и она уставилась на большую коробку, перевязанную золотым бантом.

— Ну вот, притащил мне подарок из Кливленда. — Ева рефлекторно сунула руки в карманы. — Давай уберем его куда-нибудь до Рождества.

— Осень лишь начинается, и он пригодится тебе уже сейчас. Кстати, подарок не из Кливленда.

— У меня уже все есть, а ты продолжаешь покупать всякую чепуху.

— Такой «чепухи» у тебя еще не было, так что открой чертову коробку и посмотри! — Рорк обнял ее за плечи и слегка подтолкнул к кровати.

— Ладно, ладно. Для драгоценностей коробка великовата, наверняка это что-нибудь полезное. Что-нибудь из одежды, ведь у меня ее нет — одни лохмотья. Что-нибудь очень красивое, — пробормотала она, развязывая бант. — Боюсь, я все порчу на работе, и Соммерсет только в очередной раз окатит меня волной презрения. Именно поэтому тебе не стоит дарить… М-мм! — протянула она, как сделала бы всякая девушка, пробующая необычайно нежный сливочный шоколад. — Недурно.

У Евы была слабость к кожаной одежде и насыщенным цветам, о чем он прекрасно знал. Когда она извлекла из коробки плащ, Рорк с удовольствием убедился, что глубокий бронзовый оттенок и глянцевая кожа идут ей чрезвычайно. Длиной до середины бедра, скроено по фигуре, глубокие прорезные карманы с усиленными швами, которые выдержат любую нагрузку. Пуговицы спереди и на хлястике сзади выполнены в форме полицейского жетона.