Украденный голос. Гиляровский и Шаляпин - Андрей Добров Страница 46

– Маша, посмотри, кто там, – крикнул я жене.

Я услышал, как она открыла дверь, с кем-то поздоровалась, а потом позвала меня:

– Володя, это к тебе. Заходить не хотят!

Я вышел в прихожую и обнаружил на пороге удивительную троицу. Впереди стоял Блоха собственной персоной. За ним – Акулина, кутаясь в старый свой платок. А за ними каланчой возвышался вышибала Лавров – на моей памяти он вообще впервые покинул «Каторгу».

– Здорово, – пробасил Лавров. – Пришли к тебе поклониться. За то, что Блоху из Бутырок вытащил.

– Да проходите вы в комнаты, – пригласил я.

– Нет, – ответил Лавров. – Еще наследим. Да и мы на минутку.

Акулина молчала. Блоха же шагнул вперед и поклонился.

– Прими от общества, – сказал он, запустил руку в карман и вытащил оттуда сверток.

– Что это?

– Подарок.

– Бери-бери, – рыкнул Лавров. – Вещица хорошая, чистая. Это от хитровского общества тебе, репортер. За доброту твою.

– Так, значит, на Хитровку мне больше путь не заказан? – спросил я.

– Примем как дорогого гостя, – ответил Лавров.

Поклонилась и Акулина.

– Спасибо.

Снова поклонившись, хитровская делегация ушла. А я, заперев дверь, вернулся в кресло и принялся разматывать бумагу, которой был завернут сверток.

– Что там? – полюбопытствовала Маша, подойдя.

Я развернул подарок, уронил его на колени и расхохотался! Чистая вещица!

На коленях у меня лежал массивный серебряный портсигар с надписью: «Ф. И. Шаляпину от благодарной публики».