Исполнитель желаний - Александр Скрягин Страница 51

– Ба-ба-ба! Кого я вижу! Боря! Левченко! – неожиданно услышал Ефим у себя за спиной знакомый голос.

Он повернул голову. В дверях профессорского кабинета стоял Артур Акраконов. Артур Валентинович улыбался. Улыбка как будто выталкивала его тяжелый боксерский подбородок вперед.

– Что ты здесь потерял, Боря, а? – спросил Артур. – Мы как с вами договаривались в Москве? Что вы сюда ни ногой! Так как это понимать?

Тубальцев на какое-то время обратился в восковую фигуру. Но, в отличие от персонажей музея исторических лиц, все-таки ожил.

– Послушай, Артур, я здесь не при чем… – кашлянув, произнес он. –Кандалаков приказал, я и поехал. Сказал, с вашей конторой все согласовано.

– Не финти, Боря! – отеческим тоном произнес Артур. – Обойти нас решили? Так это, – зря! Пожалеть ведь придется! Ох, как пожалеть!

Акраконов подошел к мнимому полковнику и встал в двух шагах от него. Он засунул руки в карманы брюк и стоял, раскачиваясь с пяток на носки.

– Вы там между собой разберитесь. Чего мне-то претензии высказывать! – опустив глаза, произнес фальшивый сотрудник главка.

– Разберемся! – стальным тоном пообещал Акраконов. – А сейчас, чтоб духу вашего здесь не было! Утренним же рейсом – в Москву! Ясно?

– Ладно, – вяло пообещал Борис Игоревич. – Ты, Артур, не кипятись! Ты на Кандалакова рычи, а не нас. Все-все, уходим! – махнул он рукой, оценив выражение Акраконовского лица.

Борис Игоревич повернулся, сделал приглашающий жест своим подчиненным и направился к двери. Один за другим они вышли из профессорского кабинета. Напоследок неудачливый профессионал одарил Ефима сожалеющим и одновременно многообещающим взглядом. В нем без труда читалось: повезло тебе, парень. Но, если встретимся, получишь свое, как надо!

Через минуту раздалось мягкое чавканье автомобильных дверей, заработал двигатель, и его рокот стал быстро удаляться.

Полковник Тубальцев, он же Левченко, он же, возможно, еще кто-то исчез из профессорского дома так же легко, как и появился. После него осталось странное ощущение. Его можно было приблизительно выразить словами: а был ли он вообще? При попытке воспроизвести в памяти его лицо, ничего не выходило. Появлялась лишь одетая в хороший пиджак фигура с размытым желто-пепельным клубом дыма вместо лица.

Где-то на подходе к поселку мягко и мощно загудел электровоз. В воздухе возник едва заметный перестук, похожий на звук швейной машинки. Он нарастал, стал громким, серьезным стуком тяжелых вагонных колес о рельсовые стыки. Состав летел мимо станции. Прошла долгая минута, наполненная близким движением. Наконец, звук стал стихать и растворился в темных ночных пространствах.

– Ефим! – повернулся к майору Акраконов. – Рад тебя видеть! Я так и думал, что ты обнаружишься где-то рядом с профессором! И точно – вот он ты!

– Привет, Артур! – отозвался майор. – И я тоже почему-то был уверен, что вот-вот тебя увижу. И тоже не ошибся!

Бом! Ди-и-ин! Бом! Ди-и-ин! – напомнили о себе из угла напольные часы.

После бронзового звона в комнате повисла тишина.

Медный диск маятника спокойно качался за граненым стеклом, словно убеждая людей: не стоит волноваться, ничего особенного не происходит, все совершенно, как всегда.

– Ты при профессоре бэби-систером ходишь? – спросил Акраконов Ефима.

Майор промолчал.

– Ладно, можешь, не отвечать! – усмехнулся Артур. – И так все понятно. Ну, что ж, возможно, это и к лучшему… Тебе о моем предложении Леониду Ивановичу, конечно, известно?

– Известно, – подтвердил майор.

– Это хорошо! – обрадовался Артур. – Так вот, я и тебе такое предложение хочу сделать… Сто тысяч американских бумажек тебя устроят?

– Мне-то за что? – потер колючую щеку майор.

– Как за что? – удивился, Артур. – За помощь и содействие! Ну и молчание! Зачем твоему руководству о наших встречах знать? Или о нашем с профессором деле? Они же все равно ничего понять в этом не смогут… Ну, что такое для них – «способ связи с Большим Сознанием»?… Абракадабра! Им сказали, надо кого-то там отставного пенсионера охранять, они и под козырек… Тебя вот за профессором закрепили… А, почему его надо охранять, и не знают. Да, ведь почти никто уже и не знает. Документация «Атомоса» по межправительственному соглашению уничтожена. А тех, кто действительно все знал, и нет уже на свете. Да, их и было-то!.. По пальцам одной руки пересчитать можно. Леонид Иванович вот только и остался. Так как, Фима, согласен, а?

– Я должен подумать, – отозвался майор.

– Да чего тут думать? Может, тебе сто тысяч мало? Так, ты говори, не стесняйся!

– Конечно, мало!

– А сколько просишь? – с интересом осведомился Акраконов.

– Сразу не скажу.

– Подумай! До завтрашнего утра. Не позже! Время не ждет. Всякое может случиться! – Акраконов усмехнулся. – Это хорошо, что я вечерком к профессору заглянуть решил. Проверить, все ли здесь спокойно… И, что я вижу? Ты стоишь мордой к стене. Профессора вот-вот увезут неизвестно куда! И что тогда? Профессор оказывается в плену. Секрет связи – в распоряжении людей с низкими моральными качествами. А ты, уважаемый Ефим Алексеевич, – в отставке без пенсии. Скажу тебе откровенно: у многих, скажем так, не очень хороших людей, имеется бо-о-ольшой интерес к тому, чем Леонид Иванович занимался….

– Откуда ж такой интерес вдруг возник? – мрачно поинтересовался Мимикьянов.

– Да, не важно, откуда! – махнул рукой Акраконов. – Не зря сказано: нет на земле ничего тайного, что, рано или поздно, не стало бы явным! Важно другое: кому-то все равно секрет связис Большим Сознанием отдавать придется! В любом случае. От всех, кто к профессору за секретом придет, ты, Ефим, не отобьешься! А помогать тебе никто не будет! И секрет связи у профессора все равно отберут! А я не хочу отбирать! Я прошу купить!

За окном послышался негромкий рокот автомобильного двигателя. Все замерли и прислушались. Но машина не остановилась у дома. Шум мотора стал удаляться.

– Леонид Иванович, мои люди у вас подежурят. Они вас в обиду не дадут, – сказал Артур, повернувшись к Вулканову.

– Это уже лишнее! – отозвался профессор. – У меня сегодня, кстати, Ефим ночует!

– Наблюдал я, какой из него защитник! – усмехнулся Акраконов. – Нет уж, судьба бережет только того, кто сам бережется! Ефим пусть ночует, а я своих ребят все-таки поставлю! Они у меня бойцы подготовленные. С любыми гостями справятся. Да, вы не беспокойтесь, профессор, они вам никаких беспокойств не доставят. В машине побудут, во дворе походят, в дом к вам заходить и не будут… Ну, а ты, Ефим, поможешь, если что! – по хозяйски распорядился Артур, будто майор уже был с ним заодно и даже в рядах его подчиненных.