Английский экспромт Амалии - Валерия Вербинина Страница 71

– Я вам поражаюсь! – сказал Арчи, узнав о происшедшем. – Но как вы узнали, что это была она?

– Я не знала до самого конца, Арчи. Разумеется, кое-что подозревала, но… Видите ли, Этель была такой серой, безропотной и примерной, что я поневоле стала к ней приглядываться. Ни один человек, а тем более молодая женщина, не захочет добровольно влачить жалкое существование, питаясь одними надеждами. Но окончательно в своих подозрениях я убедилась только тогда, когда, подходя к «Веселому кабану», увидела, что свет в номере Владимира не горит. Мы условились, что если в ловушку попадет Мэри Невилл, он зажжет свет, а если это окажется Этель – света не будет. По-моему, он блестяще справился с возложенным на него поручением.

Этель Стерлинг была арестована. Ей должны были предъявить как минимум обвинение в убийстве Сэмюэля Рейли, но вызванные Арчи доктора подтвердили, что она психически невменяема, и ее поместили в лечебницу доктора Баттла – ту самую, куда небезызвестный Уивертон хотел упрятать Амалию.

Больше всех о поступке Этель Стерлинг сокрушалась Мэри Невилл. Мало того, что ее дорогая родственница оказалась замешана в ужасных происшествиях, она вдобавок вышла замуж втайне от всех, и за кого – за брата Мэри!

– Брюс, как ты мог! Поверь, я ничего не имела против Этель, но неужели ты не мог сказать мне? Я хотя бы приглядела за ней, а теперь что?

– Послушай, Мэри, но ты же была с ней вместе двадцать четыре часа в сутки и ничего не заметила. И я тоже не заметил! Я и понятия не имел, что она решила убрать с дороги Арчи, чтобы я стал герцогом, а она – герцогиней. По-моему, Арчи прав, что отправил ее в лечебницу.

– Как ты можешь так говорить, Брюс! Ведь это же твоя жена!

– Мэри, если бы я мог начать все заново, то, поверь, никогда бы на ней не женился. Арчи был прав: надо было мне найти кого-то более подходящего.

Лорду и леди Эмбер не было вообще предъявлено никаких обвинений. Их некрасивую роль в происшедшем попросту замяли, и по чистому совпадению вскоре после этого Беатриса и Стивен отправились в кругосветное путешествие.

Итак, еще одно дело Амалии было с успехом завершено. Что же касается предыдущих смертей в семье Олдкаслов, то после свидетельства доктора Арлингтона Амалия окончательно убедилась в том, что в них нет ничего необъяснимого, и с легким сердцем перестала о них думать, тем более что у нее появились другие заботы. Сначала надо было выпроводить великого князя, проследив за тем, чтобы он ненароком не прикончил Арчи. Впрочем, князь и Арчи после сидения в погребе сделались лучшими друзьями. Они пару раз даже выпивали вместе, и как-то Амалии довелось своими ушами услышать следующий диалог:

– Отдай мне Амалию, Арчи! На кой она тебе сдалась?

– А тебе? – заплетающимся языком возражал герцог Олдкасл.

– А мне она очень нужна! Дозарезу!

– Очень? Ну так слушай, князь: я тебя уважаю, но Амалию не отдам!

– Почему?

– Да потому, что она моя жена, ха-ха!

И оба затянули нестройным дуэтом какую-то песню, повергая в тоску и ужас лягушек в знаменитом пруду Утопленницы неподалеку.

– Франсуа, – спросила Амалия в некотором недоумении, – это ваших рук дело?

– Я тут совершенно ни при чем. Это все водка, мадам!

Наконец с большим трудом Амалии удалось уговорить князя уехать в Лондон и ждать ее там. Она знала: Арчи уже получил грозное письмо от королевы Виктории и, стало быть, расторжение их брака не за горами.

В понедельник Амалия собрала вещи. Им с Арчи предстояла поездка в столицу, после которой Амалия рассчитывала наконец вернуться домой.

– Вы уезжаете, мадам? – почтительно осведомился Роджерс.

– Да, друг мой, уезжаю.

И, к удивлению старого дворецкого, Амалия обняла его и расцеловала в обе щеки, добавив:

– Как следует присматривайте за Арчи, хорошо?