Попались, которые кусались! - Валерий Гусев Страница 34

И Грета, как всегда, ринулась на помощь. Но теперь, когда она подросла, залезть под тахту ей уже было невозможно. Она сунула туда голову и громко лаяла, гулко стукаясь затылком об низ тахты.

Папа в этот раз был дома. Он смазал мамин палец йодом, забинтовал его и, напоив маму валерьянкой, уложил ее в постель.

Алешка вытащил крокодильчика и вернул его в раковину.

– Мам, – сказал он безмятежно, – ты не волнуйся. Он у нас временно. Поживет немножко, пока не окрепнет. Лет семь-восемь, не больше. А потом мы его в зоопарк сдадим, я уже договорился.

– Ты хочешь остаться сиротой, – простонала мама.

– Да что ты! Он тебя не съест. Он лягушек любит. Я их целый холодильник накупил.

А я вспомнил, что недавно Алешка вернулся из очередной поездки на «Птичку» задумчивый и расстроенный.

– Дим, там один дядька крокодильчика даром отдает. Он его в миске с водой держит. Так его жалко. Он такой одинокий и заброшенный.

Я об этом забыл. А Лешка – нет. И он долго и умело уговаривал маму:

– Он же сирота. У него в России никого из родственников нет.

Но мама оказалась непреклонной. Сироту отвезли в зоопарк.

Вскоре папа опять собрался за границу по своим интерполовским делам.

– Кого-то он в этот раз привезет, – задумчиво сказала мама, когда за ним закрылась дверь. – Надеюсь, не крокодила…

– Надеюсь, бегемота, – помечтал Алешка.