Великая Библиотека - Анастасия Шелест

1. Blurry (out of place)

Шансов на мягкое приземление нет. Ноги едва держат. Стоит коснуться твердой поверхности, как колени подгибаются. Пальцы, вцепившиеся в мое плечо, дергают назад, но это не спасает. Я обрушиваюсь на пол, уткнувшись лицом в пыльный ковер, и что-то придавливает меня сверху. Живот сводит острой вспышкой боли. Я задыхаюсь, уши закладывает, но даже сквозь писк до меня долетают вскрики:

— Тея!

Знакомые голоса – отрезвляющая пощечина, лучший анальгетик. Стиснув зубы, я глотаю болезненные стоны, выползаю вперед и вскакиваю на ноги.

От резкого движения кружится голова, но взгляд цепляется за встревоженные лица. Лора, Берт, Эрик. Я дергаюсь к ним, но на локте сжимаются цепкие пальцы, разворачивая меня.

Темный изумрудный взгляд вышибает воздух из легких. Бледная кожа едва проглядывает сквозь разводы пепла, грязи и крови. Русые волосы слиплись и спутались. Сквозь выпачканные пряди, спадающие на лоб, на меня смотрят безумные глаза.

— Пегасова мать! – Выругавшись, Марк тянет меня на себя. – Что ты наделала, птичка? Довольна? Какой смысл в такой смерти?

В голове пустота. Я устала. Дьявольски устала.

Тело решает воспользоваться моей неспособностью принимать решения. Не успев подумать, я замахиваюсь и выбрасываю вперед руку. Кулак врезается в лицо Марка, и он, явно не готовый к такому, падает обратно на ковер.

Кисть сводит секундной болью, но сознание не фиксируется на ней надолго. Я встряхиваю руку, разжав пальцы. Лора шумно выдыхает. Берт присвистывает. Голос Эрика заставляет обернуться:

— Отличный удар.

Ясно. Для похвалы нужно всего лишь врезать тому, кого Эрик на дух не переносит.

— У меня был хороший учитель. – Слова вырываются из меня хрипло и обрывисто. В горле першит.

Оборачиваться – плохая идея. Три выжидающих взгляда скользят по мне, взращивая позорное желание раствориться, но меня спасает возмущенный голос Марка:

— Правильно, Тея. Давай, прикончи меня, пока это не сделал огонь. Очень милосердно.

Пальцы дергаются, но во мне нет ни капли магии. Мотнув головой, я выдыхаю:

— Вырубите его во имя муз. У него нет сил сопротивляться.

— Что? – Марк поднимается и шагает ко мне. – Да какого черта, Тея? Я…

Он до меня не добирается. Эрик вскидывает руку, шевельнув пальцами, тело Марка падает рядом, и я перевожу дыхание. Проблему это не решает, но хотя бы избавляет от бессмысленных стенаний.

Нет больше никаких отвлекающих движений. Я расправляю плечи и, потерев переносицу, медленно выдыхаю, но все равно не нахожу в себе сил посмотреть на друзей.

Они терпеливо ждут, но едва ли это продлится вечно. Секунду. Еще пару мгновений блаженного неведения.

Становится жарковато. На мгновение стыд приливает к щекам жаром. Эрик дергает ворот черной рубашки. Я опускаю голову и задыхаюсь от паники. По полу струится полупрозрачный, едва заметный дым.

Дерьмо. Это просто полное дерьмо.

— Что случилось, Тея? – настороженно протягивает Лора, отнимая у меня право молчать. – Что там происходит?

Что я должна им сказать? Как вообще о таком говорить? Простите, но мы все обречены? Я избавилась от Марка не для того, чтобы занять его место.