Академия Даниэля Сакса - Екатерина Романова Страница 24

— Голодна? — Сакс мое любопытство истолковал по-своему.

Нет, кажется, я безнадежна. Проще дать лопатой по голове и закопать, чем исправить. Я перевела взгляд на присутствующих и улыбнулась. За столом сидело несколько человек и все смотрели на меня.

— Друзья, это Шелли — адептка моей академии. Присмотрите за ней.

Девицам просьба магистра не очень понравилась, но они кокетливо улыбнулись.

— Для тебя, Дан, что угодно!

Моего поля ягоды. Такие видят во мне конкурентку и угрозу.

— Селеста знает? — иронично поинтересовался высокий блондин, отодвигая для меня стул.

Я попыталась шагнуть к незнакомцу, но Сакс накрыл мою руку ладонью. Девицы мигом подобрались, а незнакомец вскинул брови.

— Даже так?

— Версель. Шелли — не подарок. Я прошу присмотреть за ней. Это ее первый выход в свет, и мне бы не хотелось никаких… недоразумений.

— Ну что ты, друг? Какие недоразумения? Я всегда был джентльменом!

Не был. И не будет. По морде его наглой, но, как и у всех в Разолии — красивой, вижу, что брешет, как сивый мерин. Версель указал рукой на стул, но магистр по-прежнему не выпускал моей руки.

— Еще одно. Из-за неудачного эксперимента Шелли какое-то время не может разговаривать.

Почему мне кажется, что Сакс это с удовольствием произнес? Ага! Вижу! Вон в уголках губ улыбка прячется. Засранец! Заливал про мою безопасность, что так будет лучше… Выходит, попросту решил отгородить меня от назойливого влияния своих друзей? Ну ничего. Иногда даме и помолчать полезно! Это создает некую интригу.

— Вот как? — заметно сник Версель. — Очень жаль. Ну, что ж. Располагайтесь, Шелли.

— Да отпусти ты ее уже, не съедим! — недовольно протянула рыжеволосая девица.

— Говори за себя, Аяна, — прошипела вторая, облизнув губы раздвоенным языком. Рефлекторно шагнула к Даниэлю и ударилась в его грудь.

— Не съест. Во всяком случае, не сегодня, — «успокоил» магистр и проводил меня за стол.

Смотрела в спину уходящему скандинаву и с каждым его шагом страх, беспомощность, волнение накатывали все сильней.

— Любопытно, любопытно, — проворковала Аяна, рассматривая меня как образец в музее. — На ней защита Даниэля. Не могу ее просканировать.

— Да Боги с тобой! С каких пор Дан своим адепткам покровительствует?

— Ну, если это не просто адептки, а… — девушки многозначительно замолчали и захихикали.

Я громко кашлянула, указала на уши и подкрепила жестким взглядом. Стерва — мое второе имя, и для этого мне вовсе не обязательно говорить.

— Кажется, она хочет напомнить, что утратила голос, а не слух.

Ткнула указательным пальцем в Верселя и подняла брови. Сообразительный малый.

— Но все же, — мужчина облокотился о спинку моего стула и, покрутив между пальцами прядь моих волос, продолжил низким голосом. — Мне очень интересно, чем ты заслужила такую честь? Раньше Дан своих адепток на мероприятия не водил. И уж тем более ни на ком свою защиту не ставил.

Мужчина кокетливо коснулся пальцем моего подбородка, но сразу прекратил касание. Легкомысленно пожала плечами, мол, неисповедимы пути магистровы, но мне не поверили.

— Значит, не хочешь рассказывать? Хорошо. Позволь тогда порассуждать?

После этого «позволь» так и тянуло ответить: «позвольте дать вам в глаз!». По лицу его вижу, куда клонит. У меня таких как Версель в России вагон и маленькая тележка! Сейчас начнет рассыпаться в комплиментах себе любимому и делать непристойные предложения. Усмехнулась, когда услышала:

— Ты очень красивая, утонченная женщина. Но Сакс не из тех, кто ведется на внешность. Наверняка у тебя много… особых талантов?

Версель положил ладонь другой руки мне на колено. Никому, кроме меня, незаметный жест. Нас надежно скрывали высокий стол и длинная скатерть. Вот только я не пойму, что со мной не так? Что случилось при переходе из нашего мира в этот? Прежде, я бы вцепилась за предложение. Да ладно! Версель мне прямым текстом предлагает покровительство. По всему видно, мужик не бедный, положение у него достаточное, потому что, как он сам сказал, Сакс не дурак. Если он с кем и дружит, то человек этого достоин. Ну, достоинства тоже всякие бывают и причины для дружбы — тоже…

И если прежде предложение вызвало бы у меня стойкий интерес, то сейчас — отвращение. Я почувствовала себя грязной дешевкой, точнее, немой грязной дешевкой.

Кивнула, пристально наблюдая за негодяем.

— Я богат. Пусть не настолько, как Сакс, но способен обеспечить безбедное будущее любой даме.

Еще раз кивнула, разрабатывая в голове коварный план мести. О, эта месть раз и навсегда отобьет у Верселя охоту меня домогаться.

— Если ты поделишься своими талантами, я готов щедро отплатить. Поделишься?

Невинно улыбнулась и кивнула. Я ведь тоже могу проделать этот трюк! Погладила мужчину по коленке. Медленно, ласково. Поднялась выше, накрыла ладонью бугорок на его штанах. Ноздри Верселя дернулись, зрачки расширились, дыхание стало глубоким.

— Кажется, начинаю понимать, за что-о-о…

Мужчина вылупился на меня с таким ужасом, словно его за самое ценное пиранья укусила. Впрочем, так оно и было. Я со всей силы сжала его сокровище ладонью и скрутила. Версель кряхтел, пищал и вскоре умоляюще простонал:

— Я понял, понял, все понял!

Улыбнулась, выпустила мужчину из захвата и снисходительно похлопала его по плечику. Он пришел в себя не сразу. Выпил стакан воды, прокашлялся, помахал ручкой изумленным дамам, и только потом, поправив шейный платок, прошептал:

— Твоя агрессия даже заводит. Ух…

Извращенец? К такому жизнь меня не подготовила! Замерла в ужасе. Понятия не имею, что делать с такими экземплярами! Конечно, в кабинку туалета он меня силой не потащит, но настойчивое внимание мне явно ни к чему. Тем более, что Версель, кажется, из тех, которые любят властных женщин, причиняющих боль.

— Не думал, что Даниэль такой же.

Подарила Верселю гневный взгляд.

— Ладно-ладно, моя сладость! — он поднял ладони и усмехнулся. — Обещаю вести себя прилично. Но только сегодняшний вечер. Такое сокровище я ни за что не упущу, раз уж ты настаиваешь, что Сакс не имеет на тебя вида.

Да уж лучше пусть Сакс имеет меня! Ну, то есть, не меня, а виды на меня! Уф, кажется, вечерок будет не таким томным как я надеялась.

Девушки, как я выяснила — Аяна и Кайла — посматривали на меня без сожаления и даже с ехидством. Версель не унимался, все без устали болтал, а я времени даром не теряла — активно работала палками в еде ковырялками, занимая рот. Свет в зале погас, началось представление и моему настырному разговорчивому другу пришлось умолкнуть. С явным облегчением я откинулась на спинку стула и, время от времени спихивая шаловливую руку со своего колена, слушала миссар Сакс. Она вещала о том, как важно помогать детям-сиротам, брошенным детенышам измененных, о том, насколько программа его Сына перспективная, но все перспективы следует подкреплять материально… Бла, бла, бла. В общем, женщина с невозмутимым видом клянчила деньги у богатых мира сего.