Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь Страница 4

— Вы так и не встретили тигра?

— Ага.

— Какая жалость! Мы так ждали, что вы вернетесь и нарисуете его, чтоб прямо как живой… Ну, как вы умеете!

— А вам не было страшно? Мы бы ни за что туда не сунулись! Вдруг из ниоткуда появится кумихо или токкэби[2]…

— В тигрином ущелье не может быть кумихо! Мне бабушка рассказывала, что лисы не живут в местах, где полно тигров. Не знаю, правда, что насчет токкэби… – ответила девушка, глядя в их заинтересованные глаза. – Но я не видела ни его, ни кумихо, ни, собственно, тигров. А теперь возвращайтесь-ка в свои комнаты и потренируйтесь в рисовании. Прежде чем «Пэк Ю» закроется, вы все должны стать хорошими мастерами.

— Ага, и лучших тут же переманят в «Чхон Мун».

Девица Хон легонько ткнула пальцем ребенка в лоб и с улыбкой сказала:

— Пускай забирают. Но если до тех пор вы еще чуть-чуть поднатореете, я буду очень рада.

Дети с ней чувствовали себя свободно, поэтому невольно заулыбались в ответ. Не забыв прикрыть носы, конечно же.

Схватив тушки фазанов за шеи, она вышла из комнаты и громко сказала:

— Ну что ж! Я отправляюсь прямо в лапы своей смерти – к учителю! Прошу, украсьте мой гроб как следует.

— Без проблем. Нарисуем на нем тигра, которого тебе так и не довелось повидать перед уходом.

— Склоните голову перед наставником и умоляйте изо всех сил, сестрица Хон! Только так вы сможете сохранить себе жизнь…

Девушка ушла, а за ней разбежались и ученики. Несмотря на морозный зимний ветер, окна в комнате оставили открытыми из-за стойкого зловонья. Холод, по крайней мере, можно было вытерпеть.

— Все-таки хорошо, что она жива-здорова.

— Но разве это не странно?.. Не встретить ни единого тигра в Тигрином ущелье? Невероятно. Это еще сложнее, чем вернуться оттуда живым.

— Если задуматься, давненько не было слухов о том, чтобы кому-то повстречался тигр.

— Такие могучие звери исчезли с горы Инвансан?.. Это явно нехороший знак. Кажется, там появился кто-то посильнее…

Тишину, на мгновение воцарившуюся в комнате, нарушила тихая шутка:

— Сушеная хурма[3]?

Художники громко расхохотались.

— Может, в картине с тигром не хватает хурмы? Если вписать ее где-то среди веток дерева, никто и не заметит!

— А может, не надо издеваться над рисунками? Лучше оставьте это дело девице Хон. Тьфу на вас!

Весело болтая, они продолжили работу.

— Ох, моя голова! Эх, моя судьбинушка! – без конца причитал Чхве Вонхо, лежа с перевязанной головой. Некоторым уже весь месяц приходилось выслушивать его стенания, даже перед сном.

Вдруг мужчина сел, из-за резкого движения мокрое полотенце с его лба плюхнулось на одеяло. Вонхо прислушался: среди прочих шумов до его комнаты доносился женский голос. Неосознанно он потянулся к розгам, лежавшим рядом.

Голос становился все ближе.

— Ха, говорю же! Это я поймала!

Голос громовой, сродни мужскому. Он знал только одну девчонку, которой этот голос мог принадлежать. Чхве подскочил чуть не до потолка.

— Эй, Светляк! Негодница ты эдакая! – выкрикнул он ее детское прозвище и тут же рванул из комнаты.

Распахнутая дверь с шумом ударилась о стену. Вонхо взглядом поискал девицу Хон среди нескольких человек, разгуливавших по двору, и остановился на самой грязно одетой фигуре. Разгневанный мужчина переводил взгляд то на нее, то на розги в своей руке, и глаза его постепенно наполнялись злостью. Вонхо в одних носках выбежал во двор, взял палку потолще и, размахивая ею, помчал к девице.