Замуж на три дня - Екатерина Флат Страница 72

Похоже, Айна либо себя считала всесильной, либо меня — ничтожеством. Или думала, что я слишком ослабла из-за метки. Больше не тратя время на разговоры, она атаковала. В коридоре было негде укрыться, так что избежать столкновения я никак не могла. Зато могла отразить. В один миг корка льда расползлась по стенам, полу и потолку, устремляясь вперед. Айна истошно закричала, и в следующее мгновение повисла неестественная тишина, нарушаемая лишь грохотом за пределами дворца.

Через несколько секунд снежная пыль улеглась. Ледяная глыба, бывшая когда-то принцессой, покатилась вниз по уклону коридора, пробила и без того поврежденную сражением стену и вылетела наружу. Следом раздался грохот разлетающегося на крохотные осколки льда.

Меня даже замутило. Я убила человека… Пусть я защищалась, пусть сама Айна была той еще гадиной, но как же тошно от всего этого… Но раскисать нельзя! Только не сейчас! Я поспешила прочь из дворца.

Парадного входа уже не было. Вместо него зияла обугленная дыра. Когда я спустилась по остаткам ступеней, двое целителей уносили с поля боя Интеиса. Похоже, принцу сильно досталось, он был без сознания. На мой вопрос один из целителей с безысходностью ответил:

— Пока держатся двенадцать из тридцати придворных магов, господин Орониус и господин Ксандр. Но лорд Ксандр серьезно ранен, и его мы в последние минут десять не видели, даже не знаем, что с ним. Похоже, — голос мужчины дрогнул, — мы все здесь обречены.

Я не хотела в это верить. До последнего не хотела терять надежду! Устремилась туда, где в самой гуще сражения должен был находиться Ксандр.

Дым застилал глаза и затруднял дыхание, от грохота боевых заклинаний закладывало уши. Я искала почти вслепую. Но ушла недалеко.

— Тэана… — От одного этого голоса у меня пробежал мороз по коже.

Метка запульсировала острой болью, заставляя замереть на месте. И тут же передо мной появился Алтран, все такой же аккуратный и холеный, словно он не в магическом сражении участвовал, а на бал пожаловал.

— Тэана, наконец-то мы наедине, — он, улыбаясь, подходил ко мне все ближе, — без всяких мешающих ничтожеств. Ну что, моя непокорная даже сейчас, с воплотившейся меткой. Ты не хочешь склониться перед своим повелителем?

— Гори в бездне, проклятый мерзавец, — процедила я сквозь зубы, по-прежнему не в силах двинуться с места.

Алтран с демонстративным укором покачал головой. Схватив меня за подбородок, наклонился к моему лицу. Прошептал многообещающе:

— Ничего, я научу тебя покорности, малышка. И всех остальных людишек — тоже. Хватит уже с этим тянуть. Я и так слишком долго ждал из-за твоей строптивости. Давно пора проучить тебя за эту дерзость. Вот и все, моя прелесть, последний раз ты видишь свободный мир. Теперь до конца весьма недолгой жизни ты будешь заточена в темнице. Но не волнуйся, — он многозначительно усмехнулся, — ты редко будешь там одна.

Хотел сказать что-то еще, но получился лишь клацающий звук. От резкого удара у Алтрана неестественно свернулась набок голова. Стихийник отлетел в сторону и упал на землю, не удержав равновесия. И тут же ко мне вернулась способность двигаться.

— Ксандр, — выдохнула я, едва не всхлипнув. Я ведь была уверена, что мне конец!

Бледный и изможденный, Ксандр бережно обнял меня. Успокаивающе прошептал:

— Не бойся, Тэя, мы справимся. Скорее спрячься где-нибудь.

— Как же ты мне надоел, — прошипел Алтран, вставая. В земле, с разбитой губой, он уже совсем не выглядел холеным господином мира. — Пошел прочь от моей добычи, пока я еще позволяю тебе трусливо бежать. — Он неумолимо приближался.

Но Ксандр не дрогнул, шепнул мне:

— Беги к Орониусу. Я справлюсь, не бойся.

Мне оставалось только ему верить.

Алтран хотел меня перехватить, но Ксандр перегородил ему путь.

— Да как ты смеешь мне мешать! — Стихийник почему-то не спешил атаковать, больше исходил ядом. — Кто ты такой?!

— Я ее муж. И ты сдохнешь раньше, чем к ней приблизишься.

Ярчайшим световым всполохом разорвалась столкнувшаяся магия. Я едва успела отбежать подальше, иначе бы меня тоже задело.

— Тэана! — Чуть прихрамывая, ко мне изо всех сил спешил Орониус. — Где Ксандр? Медлить нельзя, нужно начинать! Больше, чем уже получилось, ослабить их не выйдет! Нужно выпускать всю магию!

— Ксандр сражается с Алтраном, нам туда и близко не подойти! — Из-за грохота приходилось чуть ли не кричать.

— Я все-таки попробую. — Орониус не стал медлить. На ходу наращивая вокруг себя угрожающе потрескивающую искрами сферу, поспешил к сражающимся.

Несколько мгновений — и вдруг воцарилась оглушающая тишина. Дым расступился, словно брезгуя скрывать убитого. Алтран лежал на выжженной земле, торчащее из его груди ледяное острие равнодушно искрилось в ореоле затухающей магии. Стоящий рядом Ксандр едва держался на ногах, Орониус упал на колени. А я смотрела и не верила. Стихийник убит… Ксандр сделал невозможное… И именно моей магией! Той магией, которая перетекала к нему после свадебной церемонии!

Вокруг раздалось одновременно девять ударов. Сражавшиеся в разных краях площади стихийники, видимо, вмиг почувствовали смерть собрата и теперь окружили нас.

— Пора… — прохрипел Орониус. — Пока магию не закольцевали…

В тот же миг во все стороны от Ксандра рванул нестерпимо яркий свет. Вся вобранная им из кристалла магия вырывалась в окружающий мир. Стихийники дрогнули, на несколько шагов отступили, но я рано обрадовалась.

— Мало, — в полном отчаянии прошептал архимаг. — Магии все равно слишком мало…

У меня не было времени на сомнения и размышления. Я просто достала из потайного кармана медальон. К счастью, он не потерялся во время всего этого хаоса.

Я сжала пальцами привычно ледяной артефакт. Синий водоворот в глубине его камня как всегда завораживал. Само воплощение проклятого дара…

Когда-то он отнял у меня самых дорогих людей. Пришло время искупления. Спасения, но не моей жизни. Жизни того, кто мне теперь важнее всех на свете и кого убьют стихийники, как только магия иссякнет. И жизни всех тех несчастных, кого эти мерзавцы еще погубят, если их не изгнать.

Я надела медальон.

— Тэя! — Оказавшись рядом, Ксандр перехватил мою руку.

— Это единственный выход! — в отчаянии воскликнула я. — Пожалуйста, не мешай!

— Я не мешаю. Я разделю все с тобой.

Он крепко меня обнял.

Страшно… Страшно, когда сама твоя суть замерзает. Твое сердце, твоя душа… И даже по коже узорной вязью расползается ледяная корка. Страшно и очень больно…

Древний дар многократно усиливал любую магию своего обладателя. Награди меня природа огнем, я бы сгорала сейчас заживо. Но мне достался холод. Такой привычный и такой беспощадный.