Греческие боги. Рассказы Перси Джексона - Рик Риордан Страница 95

Пережив несколько тяжелейших битв, Дионис все же сумел добраться до Ганга, священной реки Индии. Здесь он атаковал их последнее укрепление — огромный дворец на холме, такой же высокий, как Акрополь в Афинах. Кентавры и сатиры попытали силы в лобовой атаке и начали взбираться по камням, но индийцы устроили серию магических взрывов такой мощи, что первые ряды греков были буквально уничтожены. Возможно, в тех местах на каменных склонах до сих пор можно обнаружить послеобразы сожженных сатиров и кентавров.

И тогда Дионис решил, что с них хватит. Они добрались до Индии. Рассказали о вине. Дионис успел собрать себе неплохую коллекцию сувениров в виде экзотических кошачьих, таких как тигры и леопарды. Он даже сделал леопарда своим новым священным животным и запустил новую модную фишку, начав носить шкуру леопарда в качестве мантии. Его армия добыла кучу сокровищ. Им встретилась масса новых и интересных людей, большинство они убили, и в целом отлично провели время.

Дионис приказал поставить на берегу реки два столба, как доказательство, что он был там. Со слезами на глазах распрощавшись с индийцами, он со своей армией отправился назад в Грецию, не забыл пожертвовать немалую толику сокровищ в честь богов оракулу в Дельфах, и после в течение долгого времени в местной сокровищнице можно было увидеть огромную серебряную чашу с надписью: «Завоевано у индийцев Дионисом, сыном Зевса и Семелы». (Так утверждает один древнегреческий поэт, я это не выдумал.)

В общем, Дионис наконец-то взошел на Олимп и стал последним главным богом. Включайте финальную мелодию! Пускайте титры! Камера выплывает из тронного зала олимпийцев, где все двенадцать богов почтенно восседают на своих тронах на колесиках. И… СНЯТО!

Фу-ух… Мы сделали это!

Двенадцать олимпийцев — мы рассказали обо всех, включая парочку бонусных глав о Персефоне и Аиде!

А теперь — прошу меня простить, но я отправляюсь спать. У меня такое ощущение, будто я сам только что вернулся с одной из пирушек Диониса, и голова моя сейчас разорвется.