Блокадные будни одного района Ленинграда - Владимир Ходанович Страница 57

Но то – цены в денежном эквиваленте. В реальности же оплата услуг в парикмахерских (и в иных «точках обслуживания») была совсем в иной «валюте». А оттого – ни очередей, ни порой клиентов вообще.

А отчетные показатели района по количеству восстановленных пунктов «бытового обслуживания» сносные, неплохие: «как по городу», «не плетемся в хвосте», количество рабочих мест увеличивается (как и продовольственных карточек категории «рабочий»).

«Почему установлена такая расценка, что если хочешь сделать маникур, – неси 200 грамм хлеба, если хочешь подстричься – неси 200 грамм хлеба. Почему это? Потому что мы на это не обращали внимания! Потому что нас обманывают!» – проговорился первый секретарь Кировского РК ВКП(б) перед участниками пленума [598].

Глава райжилуправления на том же пленуме поведал:

«Есть у нас ходячий анекдот про мастерские.

– Носили чинить часы?

– Носил, но не принимают.

– Ты не умеешь это делать!

– А как?!

– Ты приди и скажи: возьмите, что хотите, но почините, – и тебе сразу починят!

То же самое получается и с сапогами. Без хлеба нигде ничего не починить! Кто имеет продукты, хлеб, тот ходит в зачиненной обуви <…>» [599].

«В Зубопротезной мастерской принимают заказы „с керосином заказчика“» (из дневниковой записи) [600].

Решением райисполкома к 10 февраля 1942 г. намечалось восстановить работу парикмахерской по Нарвскому проспекту, дом № 24. Обслуживать шесть кресел должны были работники артели парикмахеров № 2 [601].

5 февраля 1942 г. в помещении «бывшей прачечной» дома № 54 по проспекту Газа Кировский райисполком распорядился «оборудовать примитивную баню, для помывок проживающего населения» [602].

29 ноября того же 1942 г. парикмахерская № 6 (Нарвский пр., 24) вошла в список дежурных на осенне-зимний период 1942–1943 гг. – то есть стала работать удлиненный рабочий день – с 8 часов до 21 часа 30 минут (обычные парикмахерские работали с 9 до 17 часов) [603].

Об этой парикмахерской сохранились воспоминания.

«На четной стороне Нарвского, там, где сейчас магазин „Товары для школы“, была парикмахерская. В блокаду их быстро восстановили. Зашел как-то офицер побриться, сел в кресло. А тут начался обстрел. В дом попал снаряд. Раненый офицер, в сердцах: „Три года на фронте – ни одной царапины! А тут, на тебе, угораздило!“» (Ю.Е. Давыдов).

В этом же доме на середину марта 1942 г. работала одна из двух на весь Ленинский район чайных. Столовая же располагалась совсем неподалеку от нее, в доме № 43/45 по проспекту Газа [604].

Эта столовая, по мнению работников районной прокуратуры, содержалась «в надлежащем санитарном состоянии». В отличие от магазина № 59 на Лифляндской улице, где отмечалось „грязное содержание всех помещений магазина. Работники магазина имеют грязный, неряшливый вид. Спецодежда от грязи ломается». В итоге, заведующего магазином оштрафовали на 50 руб., а одну из продавщиц – на 25 руб. [605].

На Нарвском проспекте в доме № 16 работал с 9 до 18 часов, с часовым обеденным перерывом, приемо-сдаточный пункт «открытого типа» механической прачечной с выходным днем в четверг [606].

Всего в 1942 г. в Ленинском районе функционировали 150 домовых прачечных, три районные бани, механическая прачечная, 7 парикмахерских, 11 мастерских по починке обуви и 14 по починке верхней одежды и одна дезинфекционная камера [607].

На август 1942 г. работающей оставалась аптека на проспекте Газа (дом № 43) [608].

О том, рабочие и служащие каких учреждений Ленинского района оставались в блокадном городе, можно судить по сведениям (спискам) о выдаче продовольственных карточек на март месяц 1942 г. «на предприятия и учреждения, входящие в 1-е Учбюро» [609].

В списке на март четыре графы, две последние – «количество рабочих, получивших I категорию» и «количество служащих, получивших II категорию».

Парк имени 1 Мая – 11 рабочих и двое служащих, стадион «Каучук» – 11 рабочих и один служащий, Троицкий колхозный рынок – 11 рабочих и двое служащих (Бумажного колхозного рынка в этом списке нет), баня № 4 на Бумажной улице – 6 рабочих и 32 служащих.

Однако СОП при бане на 31 марта 1942 г. не функционировал. «Не работает водопровод», – отмечалось в сводке о состоянии стационарных средств МСС-МПВО Ленинского района. Был назначен срок «исправления» – до 1 мая. Но и 25 мая СОП не заработал [610].

Не работала баня и на Ушаковской ул., 3 [611].

«Открыли на Балтийской баню [612], и мы пошли. Страшно было смотреть, но все были такие. Все исчесанные, наверное, чесотка была…» [613].

«По талонам нам давали хозяйственное мыло по 1 куску на человека. На Балтийской улице у Кировского райсовета открылся один класс в бане. Мылись вместе мужчины и женщины. Но никто на это не обращал внимания, – все были настолько истощены» [614].