Мистические культы Средневековья и Ренессанса - Владимир Ткаченко-Гильдебрандт Страница 81

Три нечестивых поцелуя, требовавшихся от посвящаемых в тамплиеры, имели свое происхождение в трех печатях манихеев: начало, середина и конец ^[767]. Действительно, избранные секты делились на три печати. Первой была печать уст, в которые не должно входить никакой воспрещенной пищи и откуда не должна выходить никакая ложь. Вторая – печать рук, показывающая, что они должны быть чистыми от насилия. Третья – печать груди, указывающая, что сердце должно быть закрытым от злых мыслей ^[768]. Существовало несколько вариантов: так, манихеи признавали еще печать головы, чтобы обуздать гнев; печать сердца, чтобы предостеречь себя от бурных страстей; печать печени, чтобы охранить чресла от вожделения ^[769]. Как не признать здесь соответствие моральной идеи печатей с поцелуями, принятыми у тамплиеров: акты постыдные по своей форме, особенно в глазах людей, не проникшихся их духом ^[770].

Я завершил с главными сопоставлениями. Многое другое, если бы я захотел, могло бы занять здесь свое место, чтобы подтвердить полное подобие манихеев и катар ^[771]. Остановлюсь только на последней характерной черте: уединенность и таинственность окружали посвящение у манихеев ^[772], катар ^[773] и тамплиеров. Почти все допрошенные храмовники указали, что прием в орден совершался ночью и в удаленных местах ^[774]. Крупное приорство Вулена, в окрестности которого обнаружили великолепную шкатулку господина герцога де Блакаса ^[775], было окружено таинственными прибежищами, в высшей степени подходящими для тайных собраний.

Одним из них является маленькая подземная часовня, остатки которой еще видны в лесу, находившаяся менее, чем в 2 километрах от Вулена ^[776]. Там каменные колонны, расписанные красноватым цветом, еще поддерживают землю; но с таким обветшанием сегодня пробраться в нее можно только ползком, преодолевая в этой темной обители корни деревьев. Вход в нее готической архитектуры и соответствует внутреннему стилю, не позволяя усомниться, что она принадлежала во времена расцвета великому приорству Вулена.

Другое прибежище – маленький храм, расположенный приблизительно на одинаковом расстоянии от картезианского монастыря Люньи (Lugny) и этого места ^[777], возвышающийся в прохладном и живописном уединении и возведенный в прошлом рыцарями, жившими в приорстве Вулена, о чем свидетельствует крестом их ордена. Они отказались от храма позднее в пользу монахов из Люньи, и последние, таким образом, приобрели место для духовных упражнений и прогулок, почему и дали ему имя Куррери (Courrerie) в подражание монахам из великого Шартрёза Дофинэ, в котором Куррери это маленькая часовня, построенная на некотором удалении от монастыря на дороге из Сапея (Sapey) в Гренобль ^[778]. Под этим маленьким храмом вблизи Люньи находится крипта или подземная церковь, предназначавшаяся для потаенных посвящений.