В поисках потерянной любви - Амалия Мо

Рождение богини

Король Брион ворвался в покои, где с печальными лицами стояли повитухи. Женщины опустили головы, боясь посмотреть в глаза правителю. Никто не решался сказать ему не только, что королева мертва, но и то, что один из младенцев не выжил.

— Ниэлла, – Брион метнул взгляд к кровати, пропитанной кровью, и накрытому телу суженой. – Что… что с ней?

Он знал ответ, но боялся услышать подтверждение своих догадок. Женщина, что была выбрана им в качестве королевы и матери его детей, теперь лежала без признаков жизни. На её лице застыла гримаса страха, от которой ему стало не по себе. Что она успела пережить перед смертью – оставалось только догадываться.

В углу комнаты, на руках у женщины закряхтел младенец. Брион перевёл взгляд на ребёнка и нахмурился. Его предупреждали, что во чреве королевы не один наследник, а два, и что роды пройдут тяжело, но он не ждал такого исхода. Ниэлла всегда была храброй женщиной, но не все испытания оказались ей под силу.

— Это мальчик, ваше величество, – оповестила повитуха.

— А второй? – Мужчина оглянулся и замер, заметив свёрток со вторым младенцем.

В покоях королевы повисло напряжение. Брион то смотрел на одну женщину, то на другую, надеясь, что хоть кто-то заговорит.

Ему хотелось закричать, упасть на пол и разрыдаться, но он не мог позволить себе этого. За что судьба распорядилась с ней так? Она носила двух младенцев, но живым остался только один.

Он – король, а значит, обязан быть стойким и сильным, не показывая слабостей. Потому правитель велел повитухам ждать его, а сам развернулся и быстрым шагом пошёл туда, где хранилась самая ценная вещь в его королевстве.

«Сердце Бога».

Брион осознал, что должен использовать сердце, дарованное богиней, в своих целях. Он не стремился предавать доверие, но будущее его королевства зависело от этого решения. Два наследника лучше, чем один: король старел, его силы угасали, а времени на новый брак и рождение детей оставалось всё меньше. Брион знал, что обязан был беречь этот дар, но когда выбор сужается до острия ножа, даже самые святые клятвы теряют свою значимость.

Закрытое в чёрный ящик сердце лежало в королевской сокровищнице. Брион не понимал природу этого дара, а потому не спрашивал у богини ничего лишнего. Она велела хранить сердце до того дня, как сама придёт за ним, но если в этом артефакте действительно есть что-то божественное, то он может помочь спасти второго ребёнка.

Король не думал, он действовал на одном страхе, всепоглощающем и необъятном. Чёрный ящик оказался в его руках, и он бежал по коридорам, молясь лишь о том, чтобы это сердце помогло.

— Ваше высочество, – у самых дверей в покои мужчину остановила лекарь из вольного народа – Мари.

Женщина бывала во дворце, часто помогала при недугах, но Брион не помнил, чтобы за ней посылали. Взгляд её ярких синих глаз переместился на чёрный ящик, и она подняла бровь. Времени на объяснения не было.

Король вручил ящик лекарю.

— Спасите его, – хрипло выдавил он. – Второго младенца. Умоляю…

Брион осел на холодный каменный пол, прижавшись спиной к стене, ощущая, как по телу прокатываются волны беспомощности. Женщина из вольного народа, известная целительской силой, держала в руках дар богини – сердце, которое могло изменить судьбы. Он знал о её силе, знал, что она исцеляет, когда надежды больше не остаётся, но даже её искусство не могло победить смерть. И всё же Брион сделал выбор, отдав ей святой дар, надеясь, что Мари сможет найти способ использовать его.