Дневник злодейки - Елена Паленова

Глава 1

Все дети рождаются на свет милыми симпатягами, но никто таким не остаётся, потому что характер и жизненную позицию формирует окружение. Добрые живут не слишком хорошо ― это я поняла ещё в совсем юном возрасте, когда в первый раз схлопотала пластиковой лопаткой по макушке в детсадовской песочнице. Мы с ровесником Русланом тогда дружно лепили куличики, но ему не понравилось, что мои получаются лучше. Говорят, что настолько раннее детство не запоминается, но я на всю жизнь запомнила самодовольную улыбку своего первого врага и то, как скучающе он смотрел на воспитателей, когда они начали объяснять ему, что обижать девочек некрасиво, а драться вообще нельзя. Сколько нам тогда было? Года по четыре, наверное.

Дома меня воспитывали в безграничной любви и нежности. Старший братик Мишка вёл себя достойно и даже тайком от родителей делился со мной шоколадными конфетами, на которые у меня аллергия до сих пор. Ему влетало, мне вызывали доктора, но от этих приключений наша братско-сестринская дружба только крепла. В тот день, когда мама вернула меня, ревущую, домой из садика посреди бела дня, именно Мишка сказал, что я должна была дать этому гадкому Руслану сдачи. А потом, когда мама успокоила меня и занялась своими домашними делами, семилетний Мишаня доверительно шепнул мне на ухо: «Всегда бей первой, Майка, иначе не выживешь».

Этот совет я тоже запомнила очень хорошо. И не просто запомнила, а сразу же взяла за правило. На следующий день в детском саду ревел уже Руслан. Через неделю ― вся группа. Через три года ― мои одноклассники, первая учительница и директор школы. Меня называли хулиганкой. Моих родителей постоянно учили жизни те, кто считал, что такое поведение для девочки неприемлемо, а мама с папой, в свою очередь, пытались воспитывать меня. Но если бы самые близкие мне люди спросили моё мнение, а не слушали посторонних, то давно поняли бы, что я никого не обидела незаслуженно. Просто не видела необходимости тратить время на слова, когда встречала несправедливость. Не поучала, а била. Даже не всегда первой, хотя иногда очень хотелось. Зато меня уважал старший брат. Вся детская площадка во дворе принадлежала нам двоим, и если кто-то из детей думал иначе, то избавление недотёп от заблуждений было быстрым и болезненным, но эффективным.

Во втором классе папа пристроил меня в местную секцию дзюдо. В третьем ― понял, что делать этого не стоило. А в четвёртом у меня внезапно проснулся особый дар, позволявший нести в наш жестокий мир справедливость, не пачкая рук. Мама называла это «дурным глазом». Таскала меня по бабкам и экстрасенсам в надежде избавить и без того проблемное дитятко от невесть откуда появившейся проблемы, но то, что даровано свыше, ничем не искоренишь. Суть в том, что все, о ком я хотя бы подумала плохо, невероятным образом получали по заслугам без моего в том участия. Одноклассники меня не трогали ― за четыре года все хорошо усвоили, что злодейку Майку лучше обходить стороной. А несведущие регулярно нарывались на неприятности. Например, однажды шестиклассник Лёшка Панфилов решил подставить мне подножку, когда я опаздывала на урок и бежала по коридору. Я упала ― ободрала ладонь, коленки и порвала колготки. Не помню, что именно тогда подумала в адрес этого дурака, но на следующий день он в школу не пришёл ― ногу сломал. Или вот ещё один пример. Сонька Фёдорова из параллельного класса начала распускать про меня неприятные сплетни. Я мысленно пожелала, чтоб у неё на языке типун выскочил, а в результате у бедолаги обнесло болячками всё лицо. Да и в целом… На кого ни посмотрю косо ― спотыкаются, вещи роняют. Мама как-то раз в наказание за какой-то мелкий проступок запретила мне вечером выйти во двор на прогулку. Она как раз бельё гладила. Мало того, что руку обожгла, так ещё и на ногу утюг уронила. Прямо на пальцы.