Три Ножа и Проклятый Зверь - Екатерина Ферез

Рем выпрыгнул из шлюпки в воду, обдав Юри фонтаном холодных брызг. Выбравшись на сушу, упал на каменистый берег. Долго лежал без движения, отвернувшись от океана, и не обращал внимания на прощальные возгласы моряков. Юри села неподалеку и с тоской проводила взглядом прыгающую на волнах шлюпку, до тех пор, пока та благополучно не добралась до корабля, тающего на горизонте в лучах утреннего солнца. Огляделась по сторонам — вокруг ничего кроме серых камней. Угрюмый скалистый берег с чахлой растительностью, а за ним укрытые сизым туманом высокие горы. Над головой почти такое же серое, как камни, небо.

Слух все еще подводил, и Юри не сразу распознала далекий гудящий мерный звук, смешавшийся с шелестом прибоя.

— Это чего это шумит? — спросила она, — Слышишь звук какой-то странный?

— Водопад. Я видел его сегодня в подзорную трубу Дина Рабата.

— Прям в океан водопад? Чудно! Не надоело тебе валяться? Пойдем, может, поглядим?

Здесь на чужой земле Юри чувствовала себя неуютно, тревожно и зябко, потому ей хотелось немедленно что-нибудь предпринять, хотя бы для того, чтобы согреться.

Обрушиваясь со скалы, река с грохотом разбивалась о камни, наполняя воздух мельчайшей водной пылью. Десятки ручьев наперегонки бежали меж каменных глыб навстречу прибою. Юри зачерпнула ладонью незнакомую чужую воду, настороженно принюхалась и сделала глоток. Вкус оказался сладковатый, совсем не похожий на воду Реки. Напившись вволю, развеселилась. «Ничего-ничего, если что и тут до весны протянем, пока Дин Рабат не вернется», — подумала она и помахала рукой Рему, который, задрав голову, рассматривал громадный темный валун.

— Три Ножа, иди сюда! — позвал он, с трудом перекрикивая грохот водопада.

Юри, прыгая с камня на камень, добралась к нему и тоже уставилась на валун. Сперва ей показалось, что ничего примечательного тут нет, но приглядевшись, увидела проступающие в камне очертания круглого глаза, а обойдя валун со всех сторон, опознала оскал звериной пасти.

— Это кусок головы! — прокричала она, — Это зверь! Какой-то зверь из камня!

Рем кивнул и тут же встревоженно огляделся по сторонам.

— Держись рядом! Встань за моей спиной! — приказал он.

Из-за камней, словно отделившись от серой твердыни, вышли низкорослые, крепкие мужчины, вооруженных легкими копьями. Их было пятеро. Один что-то крикнул и остальные тут же направили Рему в грудь острые наконечники, похожие на огромные лавровые листья. Он замер, подняв руки, показывая раскрытые ладони в примирительном жесте, и прокричал:

— Здравулати! Здравулати, гранды хобы!

— Заморца! Смрад заморца! — крикнул в ответ один из воинов и сплюнул себе под ноги.

— Заморца речь голосит, — степенно произнес другой и добавил еще что-то, чего Юри уже совсем не разобрала.

— Заморца, ступай опрежни! — приказал старший из воинов, указав копьем направление.

Рем положил Юри руку на плечо и произнес, наклонившись к ее здоровому уху:

— Три Ножа, это хобы. Уверен, они следили за нами с того момента, как мы высадились на берег. Следуй за мной.

Хобы — черноглазые и черноволосые, коренастые, одетые в серые шаровары и просторные рубахи, перехваченные на талии широкими поясами, — походили друг на друга, как братья. Они провели пленников по дну узкого темного ущелья до выдолбленных в камне когда-то очень давно ступеней, уже сильно истертых. Лестница одной стороной прилипала к скале, а другой обрывалась в пропасть. Юри, наплевав на то, как выглядит со стороны, предпочла карабкаться вверх на четвереньках. Рем шел позади, и она вспомнила, как точно также поднималась по лестнице в пещере тогда под храмовой горой. «Тут хоть солнышко родное наше светит, всяко лучше, чем под землей ползать», — попыталась успокоить сама себя, но в сердце все равно упрямо билась тревожная жилка.