Хозяйка жемчужной реки - Ольга Иконникова

Пролог

Каждый год в свой день рождения я получала по одной жемчужине.

Пока я была маленькой, мама говорила, что их приносит мне мышка. И каждый раз накануне дня рождения я ложилась в кровать с твердым намерением не спать всю ночь и непременно увидеть, как именно это происходит. И каждый раз, конечно, засыпала.

Но когда я стала старше, объяснение про мышку уже не работало. И я заметила, что всякий раз, когда я задавала этот вопрос, мама расстраивалась. Поэтому я перестала его задавать. А историю появления жемчужин в моей спальне придумала себе сама.

Я решила, что их отправляет мне папа, которого я не знала. Мама рассказывала, что он умер еще до моего рождения, но я предпочитала думать, что это не так. И что этот жемчуг — это его извинения передо мной за то, что он когда-то нас бросил. И теперь он каким-то образом отправляет их маме, а уже она оставляет их в моей комнате.

Всего их было двадцать три. И больше уже не станет. Потому что две недели назад мама умерла. А значит, и тайна, которую она тщательно оберегала, так и останется нераскрытой. И теперь я уже жалела, что так и не узнала правду.

У мамы было больное сердце. Это заболевание было наследственным в нашей семье. Мы с ней старались беречь друг друга. Но это не помогло.

Она скончалась, когда я была за границей, в Китае, где я целый семестр училась в магистратуре по обмену.

Домой я звонила каждый день, и мы хоть пару минут, но разговаривали с мамой. А однажды не смогла дозвониться. А потом мне позвонила ее сестра, моя тетя Соня и сказала, что мамы больше нет. Что она умерла у нее на руках. И что если я хочу успеть на ее похороны, то должна поторопиться.

И я торопилась. Но только поездка до Пекина заняла у меня полдня. И билетов на ближайшие рейсы до Москвы я купить не смогла. Так что я не успела. Приехала только вечером того дня, когда состоялись похороны и поминки.

И долго пыталась убедить себя, что это даже хорошо, что я не видела ее мертвой. Так я буду помнить ее такой, какой знала всегда — с милой улыбкой, с рассыпанными по плечам каштановыми волосами, которые она любила наматывать на указательный палец, когда о чем-то задумывалась. И что так мне будет чуточку легче.

Но нет, легче не становилось. И каждую ночь, лежа в кровати, я долго не могла заснуть. Всё ругала себя за то, что согласилась уехать в Китай на целых пять месяцев. Если бы я была дома, возможно, с мамой бы ничего не случилось.

И когда через две недели после маминой смерти мне позвонила тетя Соня и сказала, что нам нужно поговорить, я решила, что ей тоже всё это время было так же плохо, как и мне, и что она хочет вспомнить маму вместе со мной. И что мы будем долго разговаривать с ней вдвоем. И листать старые фотоальбомы. И вместе поплачем.

Но пришла она ко мне не одна, а с сыном Андреем. И услышала я от нее совсем другое.

— Катюша, мне ужасно неудобно тебе об этом говорить, но это было решение самой Веры, и рано или поздно ты должна была об этом узнать.

Я вздрогнула. Подумала, что она говорит как раз о жемчужинах и о моем отце. И кивнула. Может быть, мама успела рассказать обо всём хотя бы своей сестре?

— Ты была далеко. А мы с Андрюшей всё это время были рядом с ней, звонили ей, навещали. И именно мы провожали ее в последний путь.