Поменяться местами. Бунтарка и тихоня - Вероника Крымова

Глава 1

Вот это я вляпалась! Сумела доучиться до последнего курса, оставалась то сущая ерунда – продержаться без замечаний несколько месяцев и получить диплом. А теперь… ох, теперь я стояла в кабинете ректора и понимала…это конец…

— Адептка Игнис, вы отчислены!- голос у магистра Теодора Ашбертона был подобен громовому раскату, его пальцы, вцепились в ручки кресла так, костяшки побелели. Ректор был явно зол. Нет, не так, он был в ярости!

— Что?! Как…- мой возмущенный возглас потонул в глухом грохоте, раздавшемся за дверью, подозрительно напоминавшем звук падающего тела, и звенящего удара металла о паркет, а затем послышался тихий, жалобный всхлип.

Мисс Локхарт, секретарь ректора, одетая в безупречно выглаженное платье и с пучком волос таким тугим, что, казалось, натягивал кожу на лбу, проворно выскочила из-за своего стола и ринулась к дверям

— Хм…кажется тренер Смок упал в обморок.

Дама деловито шагнула в коридор и через секунду вернулась, волоча за шиворот огромного, грузного мужчину. В одной руке тот судорожно сжимал золотой кубок Северного Турнира по Метанию файерволов, который мы с триумфом выиграли сегодня утром. Кубок был весь в вмятинах - видимо, от падения.

Мисс Локхарт невозмутимо достала из кармана крошечный флакончик, щелкнула пальцами, чтобы снять предохранительное заклятье, и сунула его под нос тренеру. Оттуда повалил такой едкий запах, что даже у магистра Ашбертона задрожали ноздри, это была ядреная смесь тухлых яиц и жженых перьев. Генри Смок вздрогнул, закашлялся и сел, тупо уставившись на свой кубок.

-Н-да, Рокси Игнис, - мысленно констатировала я. - Вот это ты попала.

Мое внимание переключилось на двух других «виновников» торжества, восседавших на стульях у стены. Первый был Барти Катчер, вся его тощая тщедушная фигура была туго обмотана новогодней гирляндой, а во рту торчала сосновая шишка, парень пытался что-то сказать, но получалось только:

— М-м-м-м-м!!! - и отчаянное хлопанье ресницами.

— Да заткнись ты! - я, не сдержавшись, лягнула его под коленку.

— Эй, дикарка, может, хватит уже?- раздался голос, сладкий, как патока, и ядовитый, как отрава. Ксандр Вейланд, светоч факультета, сын главы попечительского совета и основная причина, по которой мы все здесь оказались. Парень сидел, развалившись, как будто это был его личный кабинет. На его лице играла ехидная улыбочка.

— Это все твоя вина, говнюк! - вырвалось у меня, в воздухе сразу же запахло дымком, а кончики моих пальцев заискрились.

— Сама нарывалась, - Вейланд сощурил веки, смахивая с лацкана студенческого синего пиджака пылинки пепла.

— Так, а ну тишина! - рявкнул ректор, ударив кулаком по столу. Чернильница подпрыгнула, угрожая залить бесценный указ о моем отчислении. - Сибил, сделайте мне компресс на лоб, только ледяной, а то голова разболелась от этих хулиганов. - Магистр с тоской посмотрел на нас, а потом на тренера, который наконец пришел в себя и с ужасом взирал то на начальника, то на помятый кубок. - Клянусь своей бородой, я не переживу этот выпуск. Нет, вы только посмотрите на них, это же сущие демонята, особенно ты, Игнис!

Магистр Ашбертон откинулся на спинку своего массивного кресла, положив пальцы домиком, и смотрел на меня поверх очков. В его глазах отражалась не столько злость, сколько усталое разочарование, как у садовника, который обнаружил, что его самый перспективный кактус расцвел не огненной лилией, а ядовитой поганкой.