Брачная ночь попаданки - Ольга Иконникова Страница 12

— Кто это, ваша светлость? — спросила я. — И не слишком ли сейчас позднее время для визитов?

— Это мой друг, — улыбнулся хозяин. — А для друзей мой дом открыт в любое время суток.

Значит, друг. Друг, который пытается расстроить его помолвку. При таких друзьях и враги не нужны.

Я не знала, чего я хотела в этот момент больше — чтобы мы вместе с хозяином вышли к герцогу де Кюстину (ведь наверняка он приехал не просто так) или чтобы он отправился туда один, а я бы постаралась подслушать их разговор, находясь в коридоре.

И я надеялась, что у де Кюстина есть какой-то план, который позволит ему вытащить меня отсюда и отправить домой. Ведь он мне обещал. И он не может не понимать, что мое пребывание в доме у его соперника опасно и для него самого.

— Мне удалиться в свою комнату? — спросила я.

— О нет, зачем же? — ухмыльнулся его светлость. — Пойдемте вместе со мной, Ариана. Уверен, он будет рад с вами познакомиться.

Мы вышли из столовой залы и перешли в другое помещение, очевидно, служившее гостиной. Картины на стенах, роскошная мягкая мебель, чуть приглушенный свет.

Сидевший на диване де Кюстин при нашем появлении поднялся и, как я с благодарностью заметила, изобразил должную степень удивления.

— Добрый вечер, Этьен! — поприветствовал его хозяин. — Позволь тебе представить мадемуазель Эгийон. А это, дорогая Ариана, мой друг — герцог де Кюстин.

Гость церемонно поклонился мне, а я присела в реверансе. С каждым разом эти приседания давались мне всё лучше и лучше. Еще немного тренировок, и я, пожалуй, смогу пойти на королевский бал.

— Рад познакомиться с вами, мадемуазель Эгийон!

Я села в одно из мягких кресел, с трудом подавляя желание расположиться в нём так, как мне было бы удобно. Но нет, благородная дама не должна прислоняться к его спинке или опираться на подлокотники. Она должна сидеть на самом краешке.

— Давай обойдемся без предисловий, Этьен! — вдруг усмехнулся де Шеврез. — Тебе вовсе не обязательно делать вид, что ты ничего не знал о возвращении моей невесты.

Когда он произнес эти слова, меня бросило в жар. На что именно он намекал? И как о многом он догадался? А может быть, он умел читать мысли, и я для него была как открытая книга? Тогда все мои попытки хоть что-то от него скрыть, должно быть, выглядели жалко и глупо.

Но герцог продолжил, и когда я поняла, что он имел в виду, то смогла вздохнуть с облегчением.

— Ты не приехал бы сюда в такой час просто так. Тебе рассказала обо всём Кэролайн?

Гость кивнул, и на его щеках появился румянец.

— Да, ты прав! Я разговаривал с мадемуазель Беранже. Я встретил ее сегодня в главном корпусе академии. Она была в слезах!

Последнюю фразу он произнес с заметным укором.

— Надеюсь, ты приехал не для того, чтобы меня в чём-то обвинять? — нахмурился хозяин. — Если мадемуазель Беранже всё тебе рассказала, то ты знаешь, что для меня появление мадемуазель Эгийон стало такой же неожиданностью, как и для нее.

— Это не обвинение, Андрэ, — смутился де Кюстин. — Но я считаю, что ты мог бы проявить к мадемуазель Беранже чуть больше сочувствия. Для нее это происшествие стало ударом, и тебе следовало успокоить ее и поддержать.

В этом я была с ним совершенно согласна. Будь я на месте Кэролайн, мне было бы ужасно неприятно, поступи со мной несостоявшийся жених подобным образом. По сути, он выставил ее за дверь, не посчитав нужным даже толком извиниться.