Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости - Адриана Вайс Страница 17

Сердце запоздало замирает.

Я делаю шаг назад, инстинктивно выставляя перед собой, надеясь, что смогу снова вызвать спасшую меня вспышку магии.

Но вместо этого, ощущаю лишь пустоту.

Внутри все в который раз за день покрывается льдом от ужаса.

Бородач в два прыжка оказывается рядом со мной.

Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не свалиться в пучину паники и пробую снова вызвать тот самый коктейль чувств из возмущения, отчаяния и целеустремленности, который пробудил мою магию, но…

Просто не успеваю ничего сделать.

Бородач замахивается на меня раскрытой ладонью, явно намереваясь ударить по щеке. И в тот же момент, отлетает в сторону сам.

Он снова падает в грязь и ошарашенно вскидывает голову вверх.

Я не менее ошарашенно слежу за его взглядом и снова вижу убийственно спокойного графа Версена.

— За что?! — рычит бородач, — Ты сам ее бросил! Так почему тогда ты мешаешь мне позабавиться с этой куклой?

Глаза графа холодно блестят, я чувствую исходящую от него опасность так же ясно, как это было с Риарданом.

— Не зазнавайся, отребье! Я отказался иметь с ней дело, но я не допущу, чтобы в этом месте творилось беззаконие!

Бородач затравленно оглядывается, бросает взгляд на толпу, в которой очень многие, судя по недовольным лицам, также разочарованы тем, что Версен решил вмешаться. Меня же переполняют двойственные чувства – с одной стороны, я благодарна Версену за защиту. Даже не смотря на то, что Хелена упекла его в это ужасное место, он все равно поступил по чести. В отличие от Риардана. Но с другой, у меня по спине бегут мурашки. Похоже Сумрачная Крепость по-настоящему опасна, раз даже в присутствии графа и его охраны жители позволяют себе подобное.

Словно в подтверждении моих опасений, толпа медленно движется в его сторону, а мое замершее сердце, окончально летит вниз.

Версен не говорит ни слова — только краем глаза кидает взгляд на толпу. Его охрана моментально все понимает. Они обнажают оружие и встают в боевую стойку. Толпа останавливается, но их глаза полны неприкрытого недовольства.

— Кажется, ты забываешь, что не все в этом месте признают твою власть, опальный маркграф, — вытирая кровь из разбитой губы презрительно выплевывает бородач.

— Поверь мне, это ненадолго, — роняет Версен, — Если уж я оказался заперт здесь, то я сделаю все, чтобы навести порядок.

После чего он моментально теряет интерес к бородачу и оборачивается ко мне.

Я замираю, не знаю чего ожидать от него. Ощущение ярости никуда не пропало — теперь мне кажется, что оно направлено Хелену. А, учитывая обстоятельства, фактически на меня.

Версен оказывается вплотную ко мне и резко берет меня за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Его пальцы — холодные и жесткие.

Я перестаю дышать, твердо глядя на него и не отводя глаз.

— Видишь к чему приводит одно только твое присутствие, Хелена? — тихо спрашивает он, однако его голос отдается во мне громовыми раскатами, — Ты приносишь хаос везде, где только появляешься. И после этого ты хочешь, чтобы я поверил в то, что ты изменилась?

Я скорее чувствую — по его взгляду, по его эмоциям — что Версен колеблется. Он хочет увидеть в моем взгляде ложь, притворство, чтобы убедиться в том, что я та самая Хелена, которую помнит он. Но, вместо этого, он замечает нечто другое.