Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости - Адриана Вайс Страница 198

Последним выбирается Риардан. Но, в отличие от остальных, от него исходит ровный, согревающий жар и абсолютная, железобетонная уверенность.

— Зачем ты притащил их сюда? — тихо, сквозь зубы спрашиваю я, не отрывая яростного взгляда от министров.

Дракон кладет свою тяжелую, горячую ладонь мне на поясницу.

— Чтобы они увидели правду, — отвечает он низким, спокойным голосом, от которого по моей коже бегут мурашки. — Чтобы осознали какое ужасное место они создали.

И до меня вдруг доходит вся глубина его поступка.

У меня перехватывает дыхание. Я моментально вспоминаю наш с ним разговор, когда он только прилетел в Крепость, чтобы проконтролировать меня.

Тогда я высказала ему все что думаю об этом месте.

Я думала, что Риардан не придал моим словам значения, но он… не только не забыл их, он решил все изменить!

И поэтому, он притащил саму столицу сюда, прямо в сердце Сумрачной Крепости.

Вперед выступает тучный министр. Он откашливается, разворачивает пергамент с печатями и, задрав подбородок, спрашивает:

— Именем Короны я требую объяснить зачем вы привезли нас сюда, иначе…

— Довольно! — голос Риардана звучит как лязг опускающейся гильотины. Министр давится воздухом и бледнеет. — Вы здесь не для того, чтобы говорить, лорд-канцлер. Вы здесь для того, чтобы смотреть и слушать.

Риардан делает шаг в сторону и плавным, уважительным жестом указывает на меня.

— Говорить будет она.

Все взгляды скрещиваются на мне.

Я больше не та напуганная попаданка, которую бросили в грязь. Я женщина, которая выжила в самом страшном месте королевства, усмирила оборотней и посмотрела в глаза темному божеству.

Я предельно собрана, холодна и полна абсолютного, ледяного авторитета.

— Позвольте вам кое что показать, милорды, — бросаю я.

После чего, я веду их по самым жестоким местам Крепости.

Я не жалею их нежных чувств. Сначала я распахиваю перед ними двери старых детских бараков — тех самых, где сквозит из всех щелей, где малыши спали на соломе, прижимаясь друг к другу, чтобы не замерзнуть насмерть.

Затем я веду их к старым складам, где раньше, еще до моего вмешательства, гнила еда.

И, наконец, я вывожу их за внешнюю стену. К холму, усеянной десятками безымянных холмиков.

— Вы называете это правосудием? — мой голос звенит над холмом. Я разворачиваюсь к побелевшим, трясущимся чиновникам. — Здесь нет разделения по вине! Вы бросаете воров в одну камеру с отпетыми серийными убийцами и насильниками! Вы думали, что так решаете проблему? Нет! Чтобы выжить рядом с чудовищами, остальные тоже должны становиться чудовищами! Вы не наказываете зло — вы его здесь плодите!

Они молчат, трусливо пряча глаза.

Я разворачиваюсь и веду их обратно, выводя прямо на центральную площадь. Туда, где сбившись в стайку, уже стоят дети Крепости. Худые, с огромными, настороженными глазами.

Я подхожу к ним и снова оборачиваюсь к королевским судьям.

Внутри меня бушует пожар, но разум остается кристально чистым. Я повторяю те самые слова, которые когда-то кричала в истерике Риардану, но теперь я бросаю их в лица тем, кто создал эту систему.

— Посмотрите на них! — требую я, указывая на детей. От моего тона вздрагивает даже стража. — Посмотрите им в глаза! В чем виноваты эти дети? В том, что им не повезло родиться по эту сторону проклятой стены?! Дети, рожденные здесь с первого вдоха ненавидят корону и это королевство! Вы заставляете их нести вину родителей! Вы создали не тюрьму для преступников. Вы создали ад для невиновных!