Мертвая невеста - Дарья Иорданская Страница 2

— Ща ливанет! – отчего-то радостно сказал Хо Ян и повернул к тоннелю.

Чтобы миновать его, потребовалась всего пара минут. Краткосрочная темнота – была в тоннеле точка, до которой не доставал свет с обоих его концов, – и машина въехала в зеленоватый сумрак. На дне ущелья всегда стоял туман. В иные дни – или это снова детские воспоминания? – он скрывал людей до пояса и тонкими гибкими плетями стучался в окна машин. Словно таилось в темноте невиданное чудовище, туманный осьминог. Еще несколько минут они ехали по ущелью, и Хо Ян, охваченный странным благоговением, не повышал скорость. Очень медленно, постепенно дорога расширялась, и наконец машина въехала в долину. Заглушив мотор, Хо Ян привстал, оглядывая открывшийся перед ним пейзаж.

— Ни хрена ж себе!

Чень потер разнывшиеся виски. Раскат грома раздался где-то совсем рядом, над этими самыми горами; тучи сгустились еще больше, и дождь хлынул сплошной стеной. Великолепная долина скрылась в сумраке.

— Поехали.

— Погодь минуту. – Хо Ян обернулся через плечо, высматривая что-то в сумраке ущелья. – Вот они.

Чень тоже обернулся и увидел медленно движущийся к ним автомобиль. Старенький, серый – не чета красной тойоте Хо Яна, – чихающий через каждый метр. Эту машину знали все в кампусе.

— Какого черта?! – пробормотал Чень.

Стекло опустилось, и А Ли, вездесущий и невероятно надоедливый репортер студенческой газеты, высунулся чуть ли не до половины, чтобы помахать приветственно рукой.

— Я решил, в компании веселее, – радостно сообщил Хо Ян, чрезвычайно довольный своей выходкой.

Это в планы Ченя не входило. Ему не нравился А Ли; ему, положа руку на сердце, вообще никто не нравился. И тем не менее…

— Поехали. – Хо Ян снова завел мотор и начал спуск в долину.

Все его лихачество куда-то подевалось. Дождь усиливался, заливая лобовое стекло, дорога была скользкой и непредсказуемой. Впереди зажглись уже огни деревни, но сумрак и дождь искажали расстояние, и невозможно было понять, сколько до них ехать в действительности.

— Останови у первого же дома, – попросил Чень, с беспокойством оглядываясь. Серая развалюха А Ли, едва различимая за струями дождя, ехала следом. Видны были одни только фары, и невозможно было разобрать, сколько же человек в салоне.

— Кого ты пригласил? – спросил Чень, стараясь скрыть беспокойство в голосе.

— Да клад по-любасу придется с местными делить, – отмахнулся Хо Ян. – Челом больше, челом меньше…

— Не в этом дело… – Чень осекся. Мне не нужны свидетели. Глупо звучит. Не следует говорить это вслух. – Неважно. Тормози.

Дом Второго дяди не изменился совершенно. Он выплыл из тумана и сумрака, как это бывало в детстве, когда Чень с другими мальчишками добегали до конца деревни, чтобы поглазеть на тоннель. Дом был старый, одна стена его покосилась, крыша растеряла половину черепицы, и ее заменяли найденные где-то в горах пластинки сланца. Когда шел дождь, вода перетекала через забитый грязью и листьями желоб. Внутри с потолка непременно капало, и Вторая тетя расставляла по всем комнатам медные тазы. Очень скоро вода попадала на семейный алтарь, ароматические палочки гасли и по комнатам растекался неприятный влажный запах.

Плесень – вот что навсегда осталось в детских воспоминаниях Ченя. Проклятая черная плесень, покрывающая все вокруг.