Рублевка-3. Книга Мертвых - Сергей Антонов Страница 24

Томский посмотрел на Рамзеса, сидевшего на полу.

– Что за штуки, Садыков? Ты на чьей стороне?

– На чьей. – Рамзес поднял голову и захлопал глазами, как человек, который только-только проснулся. – На чьей… Стороне… На чьей? Что со мной было, а, Томский?

Вдруг резко качнулась вся башня. Приглушенный звук взрыва не отразился на мощности. С потолка посыпалась штукатурка, а в коридор вползли клубы едкого дыма. Это вывело загипнотизированного Садыкова из прострации. Он вскочил и побежал вслед за Томским.

Вода поглотила не всю силу взрывной волны: бочка накренилась так, что кран уперся в пол, где теперь валялись клочья мокрой химзы, а со стен и потолка капала вода, ящик с взрывчатыми причиндалами перевернулся, и гранаты рассыпались по полу, ниша была покрыта слоем копоти, но… Стена осталась на месте!

– Что это?! – завопил Томский. – Пластид бракованный?!

– Поря… Порядок!

Рамзес вдохнул дым и закашлялся, потом бросился к нише и ткнул в кладку прикладом «калаша». Кирпичи рухнули так легко, словно только и ждали толчка. В комнату ворвался поток дневного света. Садыков первым перепрыгнул через груду кирпичных обломков. Толик собирался последовать за ним, но услышал, как лязгнула стальная решетка, а из коридора донеслось невнятное бормотание, сопровождаемое шлепками босых ног по полу.

Томский поднял «эргэшку», выдернул кольцо. Граната, подпрыгивая, покатилась по полу, а Толик быстро выбрался через пролом и прислонился к стене. Гипносы продолжали переговариваться урчанием до тех пор, пока не громыхнуло. А потом началась такая свистопляска, что Толик поспешно прикрыл уши ладонями и закрыл глаза. О новых взрывах он узнавал по дрожи кирпичной стены и дымным облакам, которые порциями выталкивало из чрева башни.

Через минуту все было кончено. Томский обошел вокруг башни и двинулся к тому месту, где ночью стоял джип. Анатолий опасался, что Садыков уехал один, но волнения оказались напрасными. Рамзес ушел недалеко. Он едва двигал ногами и постоянно спотыкался на ровном месте. Потом просто сел и уронил голову на колени.

Томский потряс его за плечо.

– Вставай! Осталось совсем чуть-чуть!

– Что там было? – Рамзес поднялся с помощью Толика и оперся на его руку. – Откуда грохот?

Со стороны башни послышался еще и треск – огонь добрался до патронов.

– Прощальный фейерверк. Ты же хотел взорвать башню вместе с ее обитателями. Радуйся!

– Я просто счастлив… Ох!

Когда Толик дотащил Садыкова до машины, то сам уже едва передвигал ноги. Гипносы, к счастью, не тронули джип. Он так и стоял на прежнем месте с распахнутой водительской дверью. Томский втолкнул Рамзеса на пассажирское сиденье. Сам занял место водителя. Увидев приборную панель, присвистнул.

– М-да. Не машина, а космический корабль. Пучеглазов не видать, но я бы закрылся. Как блокируются двери?

Рука Садыкова тряслась так, что он едва попал пальцем в одну из многочисленных кнопок. Один за другим раздались несколько щелчков.

– Все. Теперь им нас отсюда не выкурить. – Рамзес снял противогаз, и стало видно, что лицо страдающего ломкой генерала приобрело землистый оттенок. – Вчера я свалял дурака, когда сам открыл дверь. Стекла пуленепробиваемые. Изнутри кабина покрыта антирадиационным подбоем. Как в танке «Т-55-АМ». Томский, там в бардачке… Подай. Не могу больше.

– Секундочку.

Толик последовал примеру Конструктора и тоже снял противогаз, потом посмотрел на заднее сиденье: пара автоматов, гранаты и даже «Муха», аптечка, картонные ящики с банками тушенки, несколько упаковок галет, большая коробка шоколада, пластиковые бутылки с водой.

– А ты запасливый, парень. Живем!

– Томский, в бардачке…

Анатолий открыл «перчаточный ящик», который был доверху набит упаковками с ампулами. Здесь же, в пластмассовом футляре, хранились одноразовые шприцы, несколько валиков ваты и резиновый жгут. Томский взял одну ампулу, надломил кончик и, цокнув языком, показал Рамзесу.

– Ну дай же, – простонал Садыков. – Зачем издеваешься?

– Это, дружок, еще не издевательство. Издевательство – то, что ты сделал с Жуковкой. Свою дозу получишь в обмен на… Полный расклад. Я хочу знать, как остановить твой механизм уничтожения Жуковки.

– Ничего остановить уже нельзя! Отдай мне ампулу!

Томский ударил по протянутой руке Садыкова.

– Если не прекратишь ныть, сдохнешь от ломки. Соберись и рассказывай!

– Хорошо. – Садыков откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. – Уже на первом этапе строительства моей столицы было предусмотрено резервное и полностью автономное энергоснабжение за счет атмосферного электричества. Ты слышал о пропавшем архиве Теслы? Нет? Так вот, архив никуда не пропадал, я просто купил его – за миллиард долларов. Но я не пожалел о потраченных деньгах. Бумаги эти того стоили. Никола Тесла был не сумасшедшим, а гением, намного опередившим свое время. Мои ученые разработали самую совершенную в мире установку, основой которой были чертежи и вычисления Теслы. Часть системы расположена на глубине тридцати метров. Пришлось помучиться с гидроизоляцией, но все окупилось сторицей. Главная же принимающая антенна – наверху. Наши фарисеи не верили в расчеты Теслы так же, как не верили в то, что пирамиды в Гизе являются антеннами для сбора и передачи атмосферного электричества. Но это – чистейшая правда. И Пирамида в Жуковке – тому подтверждение…

– Сбор атмосферного электричества. Благое дело. Но при чем здесь уничтожение Жуковки?

– Самоликвидация тоже была предусмотрена еще в начале строительства – на тот случай, если со мной что-то случится, а конкуренты посягнут на мои тайны. Установку можно запустить, что называется, в обратную сторону: Пирамида будет всасывать атмосферное электричество до тех пор, пока объемы полученной энергии не достигнут критической точки. Потом… Ох, как мне плохо! Потом начнется разрушение. Потоки неуправляемой энергии разрушат связи металла и бетона на атомном уровне. Живые организмы устоят чуть дольше. Наша плоть – вообще довольно прочная штука. Но под воздействием электромагнитных волн клетки тела будут увеличивать скорость вибрации до тех пор, пока не взорвутся. И все это, Томский, заметь, произойдет совершенно бесшумно. Я запустил процесс. Через три дня, максимум – через четыре, моя столица будет очищена и от остатков людей, и от мутантов. Это ты хотел знать? Получай. И дай мне, наконец, ампулу!

– Ты ничего не сказал о том, как можно спасти людей.

– Будь ты проклят, Томский! Спасти уже никого нельзя! Половину населения Жуковки уничтожат мутанты. Другую – убьет энергия Теслы!

– Есть же какая-то кнопка, рычаг, твою мать!

– Ладно. Твоя взяла. Лишнюю энергию можно сбрасывать с помощью пульта управления на верхушке Пирамиды. Ну, чтобы тебе было понятнее, как свистком сбрасывается пар у паровоза для понижения давления.