Дроу для мести - Оливия Грош,Ольга Видова Страница 41

И еще Зан часто находил темы для разговора. То обращал внимание на красивый закат, окрашивавший небо в медовые и лиловые тона, то спрашивал о травах, растущих у дороги, то обсуждал со мной, где и как лучше устроить привал. Даже о лошадях умудрялся выспросить мое мнение, хотя управлялся с ними куда лучше меня.

Удивительно, что я вообще еще не выпала из седла. Ездить верхом я умела. Но этот навык остался в беззаботном детстве. У меня никогда не было денег на лошадь.

Я успокаивала себя тем, что жрицы много путешествуют и лучше я подготовлюсь заранее. Но сейчас казалось, что идти на своих двоих куда надежнее и проще.

— Госпожа, натертые места следует обработать, – тихо сказал Зан во время ночной стоянки. Он уже позаботился о лошадях и теперь наблюдал за тем, как я готовлю для нас похлебку на маленьком костре.

— Если ты что натер, то обрабатывай, не запрещаю! – буркнула я.

— Я в порядке, госпожа. Но я вижу, что тебе больно. Я могу помочь.

В голосе Зана не было ни насмешки, ни подобострастия. Он был серьезен. Но я готова биться об заклад, что внутри он нагло хихикал!

— Я твой супруг и я уже прикасался к тебе. Нет повода для стеснения.

Я порадовалась, что уже темно, потому что лицу стало жарко, наверняка покраснела до самых кончиков волос.

— Сама справлюсь, – я отвернулась, встала и бросила ему ложку, которой мешала бульон, – последи.

Устроившись в стороне от костра я задрала юбку и стянула штаны. Кожа на внутренней стороне бедер горела огнем, была красной и воспаленной. В этом Зан не ошибся. И мазь у меня была на этот случай.

Я отвернулась от Зана не желая показывать ему свою слабость. Только без света костра мне было ничего не видно, сил использовать магию не было, после долгого дня, и тратить мазь, просто покрывая ею всю кожу, казалось неразумным. Я глубоко вдохнула, стараясь скрыть раздражение, собирая силы для искры.

— Мои глаза могут послужить тебе, – раздался голос Зана прямо над ухом.

Сердце попыталось выскочить из груди, но у меня получилось не пустить испуг в голос:

— Не подкрадывайся так!

— Прости.

Зан уже сел передо мной, его колени коснулись моих. Он взял баночку с мазью, обмакнул в нее пальцы.

— Позволишь? – спросил он все же, прежде чем прикоснуться.

Следовало бы оттолкнуть его, но я лишь кивнула.

Он наклонился и осторожно наносил мазь на мою кожу. Прикосновения были нежными, а пальцы теплыми. По всему телу забегали мурашки, а внизу живота возникло знакомое напряжение. Хотя Зан не позволял себе ни единого случайного лишнего прикосновения, ни даже взгляда. Он не флиртовал и не соблазнял, что было странно и вдвойне приятно.

В ночной темноте я едва могла разглядеть лицо Зана, серьезное, даже немного грустное.

Зато его волосы, будто отражали весь свет. Рука моя сама потянулась к нему. Я подняла ее и заправила выбившуюся из пучка прядь за ухо. Задержалась, проведя пальцем по вытянутому уху.

Зан вздрогнул, но продолжил наносить мазь. Не отпрянул и дышал ровно.

Я слегка сжала острый кончик уха и потянула.

Зан поднял на меня взгляд, остановившись. В черных глазах отражался огонь костра, но там было и что-то еще.

Осмелев, я еще раз провела пальцем по уху, потеребила сережку в хряще, и опустила ладонь на шею, чувствуя, как бьется его пульс. Слишком быстро для той бесстрастной маски, что он сохранял на лице.