Последний князь удела. "Рядом с троном – рядом со смертью" - Дмитрий Дюков Страница 81

Я подивился нахальству маленького лекаря, бесстрашно дурящего одного из первых лиц государства.

— Это ты крепко, Баженко, соврал про индрик-зверя. С чего на ум-то сие пришло, ну как бы проверили?

— Боялся яз також, запретит боярин тебя взварами поить. Мне ж чудилось, что помогают они, дыханье вроде твоё ровнее становилось. А про сию чудную животину каждый ведает, что лучше, чем с её рога, ни с чего снадобья не сотворить. Проверять же сие, что звёзды пересчитывать, где знатоков-то сыскать? — признался наш юный доктор-самоучка.

Несмотря на чрезвычайную слабость и остающийся кашель, я явственно шёл на поправку. Хотя прошёл практически месяц, прежде чем мне удалось без посторонней помощи влезть на коня и совершить прогулку внутри кремля. Всё это время меня терзали мысли, что же узнал Годунов и как это отразится на моей дальнейшей судьбе.

К моему великому огорчению, я действительно не мог вспомнить, что же конкретно рассказал влиятельному царедворцу. То, что мне хотелось предупредить его о трёхлетием голоде, Смуте и появлении самозванца — помнил. Какими словами и в каких выражениях я сообщил эти страшные вести о грядущем боярину — это осталось вне моей памяти. Что ж, что сделано — того не вернёшь. Оставалось только копить силы, в прямом и в переносном значении этих слов. Мне явно их не хватало, чтобы изменить вращение неумолимых жерновов истории.