Король моей школы - Лисса Джонс Страница 60

Аврора

Сколько раз я прокручивала этот момент в голове? Сотни, наверное…

Представляла, как однажды утром в машине он сядет рядом, а не у окна. Взгляд станет мягче, кулаки разожмутся. Представляла, как скажет: «Ладно, расскажи…». Как смогу вдохнуть полной грудью и избавиться от груза — слов, которые копились годами. Как мы снова приедем в школу вместе по-настоящему.

Брошенное при всех «уродина» убило веру в себя вместе с верой в него.

Как же так вышло, что всё идёт по спирали? Те же ошибки, те же раны. Только роли поменялись.

Слишком хорошо он преподал этот урок: «прости» не стирает прошлое. Слова вообще редко работают.

— Что ты хочешь, что бы я сказал? Прости? Ты мне нравишься? Я был полным идиотом? Мы оба знаем, что в нашем случае слова не работают!

Говорит грубовато, почти сердито, но буквально озвучивает мои собственные мысли.

— Могу повесить баннер на весь вход! Могу заявить в микрофон посреди матча, могу…

— Перестань! Думаешь, это смешно?!

— Я думаю, что ты верила в меня, даже когда я был последним кретином. Так почему сейчас, когда...

— Хватит! Я скажу директрисе, что хочешь, только отстань.

— Просто дай мне объяснить!

— Тебе попали по голове мячом?! Ты правда думаешь, что я поверю в этот бред?!

— Ты ответила на поцелуй! Ты пришла ночью! Не смотря ни что, ты была рядом!

— Я выразила соболезнование утрате! Это обычное человеческое поведение, которое тебе незнакомо!

— Ты не сдавалась несколько лет. Ты пыталась достучаться до меня несколько лет, Аврора! Я могу делать тоже самое, но вдвое дольше.

— А если все равно скажу «нет»?

— Тогда начну сначала. Я упрямый. Ты знаешь.

Когда Матвей просит закрыть глаза, с удовольствием это делаю и следую за ним: все, что угодно, только бы выбросить его из головы. Это же Фил — сегодня он просит прощение, а завтра толкает на усеянным осколками стекла асфальт.

* * *

— Ух ты! — Открываю глаза и восхищенно выдыхаю.

Хотела отвлечься? Получай! Мы в самой настоящей студии звукозаписи!

— Сюрприз, — он по-хозяйски проходит к дивану, бросает пальто, оставшись в водолазке и джинсах. — Чувствуй себя как дома.

Это место непохоже на пафосные студии из клипов: никаких зеркальных стен и хромированных поверхностей. Маленькая, почти домашняя комната, затянутая звукопоглощающими панелями цвета тёмного кофе. Пара микрофонов на стойке. Рядом старый протертый диван с клетчатым пледом, будто позаимствованный из бабушкиной гостиной.

Хочется рассматривать каждую деталь: своеобразный андеграунд, навевающий мысли о питерских уличных кавер-группах и музыкантах, выступающих в сезон на самой красивой сцене в мире — под небом Северной Пальмиры.

— Я думала, мы просто попробуем спеться... — осторожно прохожу внутрь, расстегивая пуховик.

— Ты поёшь в вокальном классе лет семь? Десять? Полжизни, Ава, — Матвей широко улыбается, забирает пуховик, кладет рядом с пальто. — Давай попробуем что-то новое. Кстати, знакомься! — кивает подбородком за мою спину.

Оборачиваюсь и едва не пячусь назад. У входа еще один парень. Грузный, в кожаной жилетке с металлическими кнопками, с проколотой бровью и немного засаленными черными волосами.

— Привет восходящим звездам, — басит незнакомец, поднимая в знак приветствия пластиковый стаканчик. С кофе, судя по запаху.