Шерше ля нефть. Почему мы платим дань Америке? - Николай Стариков Страница 48

Казалось бы, какое дело премьеру Великобритании или главе Соединенных Штатов Америки до того, кто и как одержал победу на выборах в стране, расположенной в южной части Африканского континента, между водопадом Виктория, реками Замбези и Лимпопо? Тем более что до недавнего времени Зимбабве и его диктатор были на хорошем счету у Запада. До тех пор, как пишет газета «Коммерсант», «пока в феврале 2000 года господин Мугабе не представил на референдум свой проект новой конституции» [123]. На самом деле все значительно прозаичнее. Именно в это время Зимбабве развернул свою политику на 180 градусов и начал активное сотрудничество с главным на сегодняшний день противником США. Этого оказалось достаточным, чтобы из разряда «демократических диктаторов» Роберт Мугабе скатился в разряд «душителей свободы».

Предлагаю вам безошибочную политическую «лакмусовую бумажку»: если США кого-то называют диктатором, пособником террористов и жалуются на отсутствие прав человека, значит, речь идет о нефти. Страна, в адрес которой выражают свою озабоченность американцы,

либо обладает огромными запасами углеводородов (Россия, Иран, Ирак);

либо начинает сотрудничать с Китаем.

Примером последнего может служить Венесуэла. Уж как Вашингтон не жалует эту страну и ее президента Уго Чавеса, в 2002 году организовали даже государственный переворот. [124]Ведь Венесуэла национализировала свою нефтяную отрасль, поставляет нефть в Китай и тем самым мешает США взять под контроль все источники сырья, откуда Пекин получает углеводороды. Более того, сотрудничество расширяется [125]. Весной 2008 года создано совместное предприятие в бассейне реки Ориноко, добытую нефть с которого будет поставлять на будущий нефтеперерабатывающий завод в Китае, о строительство которого Венесуэла и КНР также договорились.

Похожая ситуация складывается и в Африке. Именно это является истинной причиной пристального внимания «цивилизованного мира» к правам человека в этом регионе планеты. Американцам и впрямь есть о чем беспокоиться: африканский континент превращается в важную сырьевую базу для растущей экономики Китая. Товарооборот КНР с Африкой вырос до $50 млрд в 2006 году и обещает удвоиться в ближайшие годы. [126]Зимбабве стало играть в сближении с Китаем не последнюю роль. Крупнейшая в этой африканской стране газета «Геральд» в опубликованной 6 ноября 2007 года статье под заголовком «Зимбабве больше нельзя опозды-вать на этот рейс» подчеркнула, что «в настоящее время Зимбабве должен приложить более активные усилия, чтобы привлечь к себе внимания Китая. Нашей стране больше нельзя опоздывать на этот китайский пароход (экономического развития)» [127].

Как говорится, комментарии излишни. Сами результаты выборов Вашингтону и Лондону глубоко безразличны, как и судьба всего зимбабвийского народа. Но нынешний правитель Зимбабве Роберт Мугабе делает ставку на Китай, а поэтому его победа на выборах Запад никак устраивать не может.

Вы еще верите в искреннее стремление США и их партнеров принести на берега Лимпопо свет истинной демократии? Тогда добавим, что в недрах этой африканской страны разведаны запасы асбеста, железной руды, каменного угля, серебра, фосфоритов и других полезных ископаемых. Зимбабве является третьим в Африке после ЮАР и Ганы производителем золота, а его запасы платины – крупнейшие в мире.

Вот теперь все понятно, все встало на свои места. Причина странного интереса Запада к результатам выборов в богом забытом краю ясна. Это опять старая добрая борьба за контроль над стратегическими ресурсами.

А как же нефть, вокруг которой крутится вся мировая политика? Ведь ее в Зимбабве нет. Да, нефти нет, зато есть крупное месторождение природного газа в Лупане. Это во-первых. Во-вторых, платина является также весьма лакомым «кусочком». Это один из самых тяжелых (плотность 21,5 г/см ) и самых редких металлов. Раньше львиная доля этого металла шла на производство ювелирных украшений, а сегодня основная область применения платины и ее сплавов – промышленное производство. Это автомобилестроение (катализаторы дожига выхлопных газов), электротехника (платина тугоплавкий и химически стойкий металл), нефтехимический и органический синтез (получение бензинов с высоким октановым числом, разнообразные реакции гидрирования, изомеризации, циклизации, окисления органических соединений), синтез аммиака. Платина – конструкционный материал стекловаренных печей для производства высококачественного оптического стекла. Из платины и ее сплавов изготавливаются фильеры для получения стекловолокна, высокотемпературные термопары и термометры сопротивления, электроды в электролизных аппаратах, лабораторная посуда и оборудование, кислото- и жароупорная аппаратура химических заводов. И при всем при этом годовая добыча этого стратегического металла во всем.мире не превыщает 100 тонн в год. Ясно, что контроль над крупнейшими запасами платины дорогого стоит.

И наконец, в условиях постоянных попыток Запада перекрыть китайской экономике нефтяной краник любой новый источник получения углеводородов весьма важен для Пекина. На сегодняшний день на Африку приходится 25-28 % всего объема импорта нефти в Китай. К 2045 году Пекин ставит задачу увеличить этот показатель до 45 %. Углеводороды текут к китайцам из Судана, Габона, Анголы и Нигерии [128]. Есть нефть и в Экваториальной Гвинее, но власть в этой стране принадлежит авторитарному президенту со сложно произносимым именем Обианг Нгема Мбасого. Однако в отличие от лидера Зимбабве этот африканский царек «правильный». Почему? Потому что с 1991 года консорциум именно американских компаний начал добычу нефти в стране. Как только китайская экспансия на черный континент стала нарастать, Запад, конечно же, начал выражать озабоченность «медленными темпами демократизации» Экваториальной Гвинеи, а США в 1996 году закрыли в стране свое дипломатическое представительство. Обианг Нгема Мбасого намек понял правильно, поэтому нефть Китаю Экваториальная Гвинея не продает. И случилось чудо: несмотря на обвинения в коррупции и взяточничестве, Вашингтон в 2003 году вновь открыл свое посольство [129].