Схватка за Амур - Станислав Федотов Страница 123

– Я недаром говорил про Невельского, что он способен на молодецкие поступки. Вот и подтверждаются мои слова. – Николай Павлович довольно улыбнулся. – Хорошо. Будет такое постановление. Александр Николаевич, подготовь решение Амурского комитета. – Цесаревич склонил, покорствуя, голову. – А для себя, Муравьев, что-нибудь просишь?

Спросил, видимо, рассчитывая получить уже привычный ответ «ничего», но генерал-губернатор неожиданно сказал:

– У меня две просьбы, государь. Это – разрешить мне вести прямые переговоры с китайцами о разграничении ничейных территорий и самое главное – разрешить сплавы по Амуру. Во-первых, войск и снаряжения для защиты Камчатки и устья Амура на случай войны, во-вторых, переселенцев на пригодные для земледелия места – чтобы по-настоящему осваивать новые амурские земли.

– Ты, право, когда-нибудь сойдешь от Амура с ума, – с чуть заметной улыбкой сказал император.

– Сами обстоятельства, государь, указывают этот путь.

– Вот и подождем, пока обстоятельства к нему приведут – и к переговорам, и к сплавам.

Высочайший указ гласил: «Границу Восточной Сибири с Китаем означать на всех картах наших от реки М. Горбицы по Яблоневому хребту только до вершин Ольдоя, далее по хребту Становому, но по цепи гор Тукурингра, Джагду и Гинкана до пункта соединения рек Амура и Сунгари; в согласии с сим признать принадлежащими России участки земель: 1) между Становым хребтом и горами Тукурингра, Джагду и Джугдуром; 2) левое побережье нижнего Амура, которому именоваться впредь Сунгари, от пункта слияния обеих рек до лимана; 3) грол, образуемый при лимане течением реки Сунгари и линией сплошных озер, идущих от Кизи до гавани Де-Кастри на Татарском берегу. Остальное считать нейтральными землями».

Правое крыло орлицы России разворачивалось медленно, с трудом преодолевая связанность, но все-таки – разворачивалось. И хотя до первых взмахов еще оставались годы, и годы очень даже непростые, само движение вселяло надежду, что полет состоится, и что будет он замечательным.Конец второй книги