Малефисента. Владычица тьмы - Элизабет Рудник Страница 34

– Аврора... – Диаваль крепко обнял девушку.

На мгновение и она тоже обхватила его своими тонкими ручками, но тут же отпрянула, когда из-за запертых дверей церкви донеслись новые крики о помощи.

– Мы должны вывести их оттуда! – воскликнула Аврора, и принялась дёргать и тянуть на себя дверь.

Диаваль бросился ей помогать, и они настолько яростно пытались открыть дверь, что не услышали приближения охранников. Чьи- то руки грубо схватили Диаваля и оттащили его от Авроры.

– Руки прочь! Отпустите его! – крикнула Аврора.

Но другая пара охранников схватила её саму.

Диаваль бился и извивался, пытаясь вырваться, но всё было напрасно. Охранники гурьбой набросились на него и так придавили своими тяжёлыми, пахнущими потом телами, что Диаваль даже вздохнуть не мог.

Внезапно охранников накрыл, заставив их замереть, низкий громкий рёв. Диаваль очень удивился, поняв, что, оказывается, это он сам так ревёт. Опустив глаза, он увидел, что у него больше нет слабеньких человеческих ручек и ножек, а есть могучие чёрные медвежьи лапы с огромными острыми когтями. Издав ещё один рёв, Диаваль поднялся на своих четырёх лапах и принялся расшвыривать охранников так, словно те были какими-то букашками.

За спиной он услышал новые испуганные крики людей. Даже не оборачиваясь, он понял, что они означают. Раз он, Диаваль, превратился в медведя, значит, Малефисента где- то здесь, неподалёку.

Аврора смотрела в небо, и на её испуганном лице постепенно расцветала улыбка.

– Малефисента... – прошептала она.

Диаваль поднялся на задние лапы и грозно зарычал. Что ж, пришло время каждому платить за всё, что он сделал.

Диаваль небрежно стряхнул с себя оставшихся охранников и со всей своей медвежьей силой навалился на дверь церкви. Она треснула, словно зубочистка, разлетевшись в щепки. Избежавший превращения волшебный народец толпой повалил наружу. Диаваль решил позаботиться о безопасности спасённых фей – обо всём остальном позаботится сама Малефисента.

Гигантские мощные крылья Малефисенты с каждым взмахом приближали её к Ульстеду. За то время, пока она летела над водой, гнев, зародившийся в ней возле умирающего Коналла, ещё более окреп и усилился, поэтому к замку она приближалась, буквально кипя от ярости. Зелёная магическая энергия волнами выплескивалась из неё, сметая всё, что попадалось на пути.

Подлетев ближе, Малефисента взмахнула руками – ив земле перед стеной замка появилась огромная бездонная дыра. Стоящие здесь на страже солдаты с громкими воплями повалились в тёмную пропасть. Новый взмах пальцами – и с неба спустился чёрный смерч, втянув в себя других охранников. Те, что ещё оставались, пытались стрелять в Малефисенту, но она летела слишком высоко и слишком быстро и без труда ушла от их выстрелов.

Когда перед ней появились белоснежные башенки и балюстрады дворца, Малефисента рассмеялась. У королевы, называющей этот белый дворец своим домом, было чёрное сердце. «Что ж, вскоре таким же, как твоё сердце, станет и твой замок, – подумала Малефисента. – И ждать этого осталось совсем недолго».

Но вначале её ждала другая работа. Заметив Удо, запутавшегося в верёвке воздушного змея, она подлетела к нему и, в мгновение ока разорвав верёвку своими острыми когтями на крыльях, освободила эльфа. Малефисента огляделась вокруг. Она искала королеву Ингрит – только она одна была нужна ей сейчас. Не заметив своей жертвы с высоты, Малефисента опустилась ниже и полетела, небрежно расшвыривая в стороны попадающихся ей на пути солдат.

Она искала Ингрит.

Чтобы уничтожить её.

Но где же она?!

Взмыв в небо над самым замком, Малефисента увидела вырывающиеся из церкви клубы красной пыли. Они поднимались в воздух и медленно рассеивались на ветру. Малефисента увидела также десятки фей и эльфов, выбегающих из расколотых в щепки дверей церкви. Увидела Нотграсс, которая атаковала Герду – личную телохранительницу королевы. Нотграсс оттаскивала её от органа, из труб которого и вылетала та самая красная пыль. Да, но где же неразлучные с Нотграсс пикси Фислвит и Флиттл? Прищурившись, Малефисента опустилась ниже и попыталась разглядеть то, что осталось от трансформировавшихся фей и эльфов. Есть ли здесь среди прочих и останки двух пикси? И сколько же фей потеряли свои жизни по вине Ингрит?! Малефисенту охватила новая, ещё более сильная волна гнева.

Малефисента свернула в сторону от церкви и увидела у себя за спиной уцелевших в бою эльфов-воинов. Они приближались к ней, и тёмная фея удовлетворённо кивнула. Ей нужна будет их помощь, чтобы уничтожить Ингрит, теперь она это видела. Красная пыль – слишком мощное оружие, даже для неё.

Филипп не мог поверить, что его свадьба превратилась в массовую бойню. Его мать начала войну против фей. Она же уколола его отца заколдованным веретеном. А теперь он стремительно падает на землю, беспомощно цепляясь за верёвку воздушного змея, а у него на ногах висит его старинный лучший друг.

Приземление вышло довольно жёстким, и оба молодых человека откатились в разные стороны. Впрочем, Филипп тут же вскочил на ноги. Е1а противоположной стороне лужайки стояла церковь, и он должен спешить туда, к Авроре и её волшебному народцу. И Филипп побежал, но в следующую секунду Персиваль ударом в спину сбил его с ног, и они вновь покатились по траве, на этот раз награждая друг друга тумаками. Персиваль занёс руку, собираясь нанести сильный удар, но Филипп успел вовремя увернуться. Принц вскочил на ноги и принял боевую стойку, выставив перед собой сжатые кулаки. Поднялся и Персиваль. Не будь Филипп так расстроен и рассержен, он, наверное, рассмеялся бы, вспомнив, сколько раз точно так же они дрались с Персивалем, когда были ещё мальчишками. Постоять за себя их учил отец Филиппа король Джон. Но если тогда они с Персивалем дрались просто ради забавы, то теперь у них была схватка не на жизнь, а на смерть.

– Сдавайся! – крикнул Персиваль, бросаясь вперёд и вынуждая Филиппа отступить назад.

– Моя мать наложила проклятие на короля, а теперь может уничтожить волшебный народец с вересковых топей. – Филипп покачал головой, пытаясь образумить своего старинного приятеля. – И твоим людям придётся дорого заплатить за это.

В это время неподалёку, падая под ударом тёмного эльфа, вскрикнул кто-то из солдат. Персиваль остановился и, судя по его глазам, задумался. Филипп открыл рот, хотел ещё что- то сказать, но неожиданно раздался гневный крик – и Персиваль исчез, накрытый горой крыльев.

Внезапно Филипп оказался лицом к лицу с тёмным эльфом. Вначале принцу показалось, что перед ним Малефисента, потому что это крылатое существо выглядело совершенно так же, как крёстная Авроры – такие же широкие крылья и рога на голове, – только вот у Малефисенты крылья были чёрными, а кожа бледной и гладкой, а у этого тёмного эльфа крылья были песочного цвета, а кожа – загорелой, тёмной и шершавой.

Это был Борра. В глазах эльфа отражался гнев, пылавший в его сердце.