Мир Аматорио. Неделимые - Мари Мур Страница 15

— Мне понадобится девушка для следующего шоу.

Среди гостей слышатся возбужденные возгласы, но никто не решается выйти на сцену. Кайли обнимает Тайлера и оборачивается, встречаясь взглядом со мной.

«Иди», – произносит она одними губами, но я отрицательно качаю головой.

— Не волнуйтесь, это абсолютно безопасно, – продолжает говорить в микрофон файерщик.

— Она хочет поучаствовать! – кричит Кайли со своего места и указывает на меня.

Все гости оборачиваются, их взгляды обращены на меня. Вместе с ними на меня смотрит артист и приветливо улыбается.

— Поднимайся, светловолосый ангел, – медовым голосом говорит он и делает жест рукой, приглашая меня на сцену.

Я отказываюсь с вежливой улыбкой, но похоже файерщик не слышит меня. Он спускается со сцены и идет в сторону нашего стола. Чем ближе он оказывается, тем более сердитым становится бормотание Фрэнка.

Артист уверенно заходит в шатер, и под огоньками поблескивают камни на его кожаном черном костюме. На нем жилет, открывающий вид на загорелые плечи и спортивную грудь.

Приблизившись, он останавливается и протягивает руку. Я поднимаю на него взгляд. Темный оттенок кожи и черты лица делают его похожим на колумбийца. Может быть, так и есть.

— Не нужно отказываться, светловолосый ангел, – говорит артист, и среди женской половины гостей раздается хор умиления.

Громкий и властный голос разрезает воздух как кнут.

— Отвали от нее.

Мой пульс подскакивает, когда я поворачиваю голову и вижу, как Кэш не сводит с артиста взгляда, полного яда.

— Она же сказала, что не хочет, – добавляет он.

Теперь мне хочется поступить с точностью наоборот и согласиться назло Кэшу. Но, с другой стороны, я действительно не желаю в этом участвовать.

— Мы устроим незабываемое шоу. Обещаю, будет жарко, – улыбается артист. Похоже, он слепой и не может заметить, как Кэш убийственно на него смотрит. Либо он храбрый и настойчивый… идиот.

— Если ты сейчас же не отойдешь от нее, я воткну горящий факел в твою задницу. Обещаю, будет жарко, – передразнивает его Кэш, громко отодвигая стул.

Только сейчас файерщик настороженно оборачивается и смотрит на Кэша, который не сводит с него взгляда. Его глаза темнеют по краям, в глубине сохраняется синева и что-то еще, что заставляет артиста отступить от моего стола.

— Я найду другую девушку для выступления, – произносит он с натянутой улыбкой.

В этот момент один из парней, сидящий за столом среди гонщиков обращается к Десмонду.

— Угомони своего брата. Ты не видишь, что он нажрался и ведет себя, как…

— Заткнись, нахуй! – грубо обрывает его Кэш.

Он берет бутылку скотча, открывает крышку зубами и выплевывает ее.

— Сегодня мой брат женится. У меня есть повод нажраться. И не один.

Его взгляд падает на меня, и в его глазах сквозит доля горечи, когда он смотрит на мою руку, лежащую на столе. Точнее, Кэш смотрит на мой безымянный палец.

Я посылаю ему взгляд, полный вызова. На мне нет кольца только по твоей вине.

— Брат, успокойся, – говорит Десмонд, опуская руку на плечо Кэша, но он сбрасывает ее с себя.

— Я просто хотел, чтобы этот гребаный Хуанес[2] к ней не приближался. Ким же ясно сказала, что не хочет идти на сцену, – он переводит тяжелый взгляд на Кайли. – Как насчет того, чтобы самой выйти на сцену и потрясти задницей на всеобщем обозрении, мисс Алабама[3]?