Флёр-о-Флёр - Олег Селиверстов Страница 32

Отправив сообщение, она спустилась в столовую.

– Лера, ты будешь ужинать? – мама стояла у раковины и чистила картофель.

– Нет, я уже ела.

– Ты заезжала в химчистку?

– Мне было некогда.

– И что же ты делала, что у тебя не нашлось времени выполнить просьбу родной матери?

– Работала, – огрызнулась Лера.

– Работала? Опять, наверное, шлялась по ресторанам неизвестно с кем.

– Мама, я взрослый человек и могу делать, что хочу и с кем хочу. А сейчас, я прошу, оставь меня, пожалуйста, в покое.

– Взрослая, да с каких это пор? Ты даже чашку не можешь научиться мыть за собой. И я хочу знать, что это за работа каждый вечер!

– Я не могу тебе об этом сказать.

– Как это не можешь?

– Не могу. И давай закончим этот разговор, пожалуйста. Я очень устала.

– Нет, не закончим. Я твоя мать и должна знать, чем занимается моя дочь!

Лера молчала.

– Она устала! Это я устала! – мама со злостью отшвырнула от себя нож. – Просидела всю жизнь в канцелярии. С бумажками. Света белого не видела и теперь заслужила только одно, чтобы родная дочь говорила, что она устала! Что ты молчишь?

– Зачем говорить, если тебя не слушают?

– Тогда можешь вообще не разговаривать со мной!

– Хорошо.

Лера повернулась и пошла наверх.

– Ты куда?

Не оборачиваясь и сдерживая слезы, Лера молча продолжала подниматься по лестнице.

– Спустись сейчас же…

Голос мамы пропал в звуке хлопнувшей двери. Как хорошо тому, кто может всегда молчать.

* * *

В пятницу вечером они поехали играть в бильярд: Рита с мужем и Лера с Кириллом. Парни увлеченно гоняли шары на зеленом столе, а подруги сидели на кожаных диванах и пили пиво.

– Рита, как ты думаешь, можно влюбиться в парня, не видя его лица? – обратилась Лера к подруге, глядя, как Кирилл наклонился над бильярдным столом, расставил ноги и стал сосредоточенно целиться.

– Я не расслышала, в кого влюбиться? – не поняла Рита.

– В парня, лицо которого ты никогда не видела, – повторила Лера и поставила бокал с пивом на деревянный столик. Из-за кривых толстых ножек столик напоминал бульдога, такой же коричневый, низкий и коренастый. На спине «бульдога» расположились бокалы с пивом, закуски и бутылка водки.

– Как это так, не видя лица? По Интернету, что ли? – еще раз переспросила подруга.

– Не по Интернету. Представь, что ты встречаешься с парнем, а лица его увидеть не можешь.

– Зачем же я буду с ним встречаться?

– Ну, предположим, у вас есть какое-то общее дело…

– А почему он скрывает свое лицо? Он что, урод?

– Нет. Может быть, он не хочет, чтобы ты или кто-то еще его видел или узнал… – Лера растерялась, поняв, что не может толком объяснить подруге, зачем человек прячет лицо. – Помнишь, как в сказке «Красавица и чудовище»?

– Ерунда какая-то, – хихикнула Рита. – Зачем влюбляться в парня, если у него нет лица? У тебя что, очередная креативная идея? Парень без лица. В парандже, что ли?

– В маске.

– В маске? Это вообще прикол. Как же с ним любовью заниматься? – опять хихикнула Рита.

«Дура», – обозвала подругу про себя Лера, взяла со стола бокал и сказала вслух:

– Да иди ты!

– Ну, Лер, не злись, я же пошутила. А ты что, серьезно про этого парня?

– Это шутка. В книге прочитала. А давай напьемся сегодня! Что-то я так устала за эту неделю.

Лера подняла бокал с пивом.

– Тогда лучше водки, – согласилась Рита. – Англичане называют водку с пивом «депс-бомб» – глубинная бомба. Выпиваешь пару рюмок и взрываешься. Думаю, парни не заметят, что у них в бутылке убавилось. Видишь, как рубятся, мой даже взмок весь. Видно, твой Кирилл его обыгрывает.

«Твой Кирилл», – Лера незаметно вздохнула, наполнила рюмки до краев водкой и протянула подруге.

– Вау! – воскликнула Рита. – Сегодня что-то будет.

– За тебя.

– За нас.

Водка была противная, пришлось запить ее пивом. Они немного поболтали и выпили еще по одной. Подошел Кирилл.

– Как дела? Не заскучали?

– Пока нет. У нас испытание бомбы.

– Какой бомбы?

– Глубинной.

Подруги расхохотались.

– Так что, если вы еще долго, нас может разорвать, – сквозь смех выдавила Рита.

– Мы еще партию и все, – ответил Кирилл. – Можно будет по домам.

– Как по домам? Разве ты не пригласишь меня сегодня к себе? – шутливо поинтересовалась Лера.

– Пожалуйста, – смутился Кирилл.

– По-французски… – рассмеялась Лера и подмигнула Рите. – И давайте закажем бутылку вина. Пиво мне что-то не нравится в последнее время.

* * *

– Как прошли выходные?

– Нормально, – набрала Лера, но не отправила, а грустно вздохнула. «Нормально»? Ей до сих пор было стыдно.

В пятницу после бильярда они пошли к Кириллу домой. Она была пьяна, «глубинная бомба» и бутылка вина сделали свое дело. Уже в коридоре они начали целоваться, а потом оказались на широкой кровати в спальне. Кирилл стал раздевать ее, целуя губы, грудь, живот. Она лежала с закрытыми глазами и вдыхала незнакомый запах чужого постельного белья. В голове был туман и звучала какая-то французская песенка. Ей было хорошо. Но когда его пальцы проникли под последнюю преграду – ее стринги – она непроизвольно открыла глаза и увидела лицо Кирилла. Сосредоточенное, с мелкой испариной на широком лбу. И вдруг все в ней сжалось. Она вздрогнула, отстранилась, закуталась в простыню и заплакала. Кирилл лежал рядом и молча гладил ее по плечу, а после того как она успокоилась, ушел спать в другую комнату.

Утром, когда она проснулась, его уже не было дома. На кухне ее ждала белая роза, тарелка с ломтиками семги, свежая булочка с кунжутом и записка.

«Доброе утро. Я уехал в область по делам, вернусь к вечеру. Чистое полотенце около дивана. Новая зубная щетка в ванной на полке. Ключи на вешалке в коридоре. Можешь оставить их себе…»

А ведь если бы они с Кириллом в ту ночь были в масках, у них наверняка бы все получилось. Как на карнавале в Венеции. Но, видимо, не судьба!

– В субботу мы с Бонни ходили на открытие выставки в Центральный дом художника. – Лера вернулась к диалогу с Рами.