Унесенные ветром. Том 1 - Маргарет Митчелл Страница 45

Минуло две недели, и Скарлетт обвенчалась с Чарльзом, а ещечерез два месяца стала вдовой. Судьба быстро освободила ее от уз, которыми онатак Поспешно и бездумно связала себя, но прежние беззаботные дни девичестванавсегда остались позади. По пятам за браком пришло вдовство, а за ним — к еесмятению и ужасу — оповестило о своем приближении и Материнство.

Впоследствии, вспоминая те, апрельские дни 1861 года,Скарлетт обнаружила, что не может восстановить в памяти никаких подробностей.События переплетались, сталкивались, смещались во времени, как в тяжелом сне;они казались нереальными, лишенными смысла. В памяти были провалы, и она знала,что так это и останется навсегда, до самой ее смерти. Особенно смутноприпоминались дни, протекшие между ее объяснением с Чарли и свадьбой. Двенедели! В мирное время венчание не могло бы последовать за обручением такнепостижимо быстро. Потребовался бы пристойный промежуток Длиною в год или поменьшей мере в шесть месяцев. Но Юг был уже охвачен пожаром войны, одни событиятак стремительно сменялись другими, словно их сметал, ревя, ураган, и медленноеразмеренное течение времени осталось лишь в воспоминании о былых днях. Эллин,ломая руки, умоляла Скарлетт не спешить со свадьбой, дать себе время подумать.Но Скарлетт — упрямая, насупленная — оставалась глуха к ее мольбам. Она хочетвыйти замуж! И как можно быстрее! Через две, недели.

Узнав, что свадьба Эшли уже передвинута с осени на первоемая, с тем чтобы он мог присоединиться к Эскадрону, как только начнутся боевыедействия, Скарлетт объявила, что ее венчание состоится днем раньше. Эллин возражала,но Чарльз, горя нетерпением отправиться в Южную Каролину и присоединиться клегиону Уэйда Хэмптона, с необычным для него красноречием заклинал ее неоткладывать свадьбы, и Джералд стал на сторону жениха и невесты. Его ужеохватила лихорадка войны, и, радуясь тому, что Скарлетт делает такую хорошуюпартию, он не видел причины чинить препоны юным сердцам в такие дни. Эллин,расстроенная, сбитая с толку, в конце концов сложила оружие подобно десяткамдругих матерей по всему Югу. Их прежний неспешный, праздный мир был перевернутвверх тормашками, и все уговоры, мольбы, молитвы были бессильны перед грознымисилами. Все сметавшими на своем пути.

Весь Юг был охвачен возбуждением, пьян войной. Все считали,что первый же бой положит конец войне, и молодые люди спешили завербоваться,пока война еще не кончилась, и обвенчаться со своими милыми, после чего можнобудет скакать в Виргинию бить янки. Свадьбы играли в графстве дюжинами, и ни укого уже не оставалось времени погоревать перед разлукой — все были слишкомвозбуждены, и погружены в хлопоты, чтобы проливать слезы или предаватьсятягостным раздумьям. Дамы шили мундиры, вязали носки, скатывали бинты, амужчины проходили строевую подготовку и упражнялись в стрельбе. Поезда ссолдатами ежедневно шли через Джонсборо на север в сторону Атланты и Виргинии.Одни отряды отборных войск милиции выглядели пестро и весело в голубом,малиновом и зеленом; другая, небольшая часть отрядов была в домотканой одежде иенотовых; шапках; третьи были вообще без формы — в суконных сюртуках и тонкихполотняных рубашках. И все были недообучены, недовооружены, и все возбужденно,весело кричали и шумели, словно направляясь на пикник. Вид этих вояк повергал впанику юношей графства: они смертельно боялись, что война окончится прежде, чемОни попадут в Виргинию, и подготовка к отправке Эскадрона велась усиленнымтемпом.

И среди всей этой суматохи своим чередом шла подготовка! ксвадьбе Скарлетт, и не успела она опомниться, как ее уже обрядили в венчальноеплатье и в фату Эллин, и отец повел дочь под руку по широкой лестнице вниз, впарадные комнаты Тары, где было полным-полно гостей. Впоследствии ейприпоминалось — неотчетливо, словно полузабытый сон, — великое множествогорящих свечей в канделябрах и настенных бра, нежное, чуть встревоженное лицоЭллин, ее губы, беззвучно шепчущие молитву, прося счастья для дочери,раскрасневшееся от бренди лицо Джералда, гордого тем, что его дочь подцепилажениха с деньгами и из хорошей семьи, да к тому же еще старинного рода… и лицоЭшли, стоявшего возле лестницы под руку с Мелани.

Увидев выражение его лица, она подумала: «Все это, верно,сон. Этого не может быть. Это страшный сои. Сейчас я проснусь, и сов кончится.Нет, нельзя думать об этом, не то я закричу на весь полный людей дом. Я недолжна думать об этом сейчас. Я обо всем подумаю потом, когда найду в себе силыэто выдержать… Когда не буду видеть его глаз».

Как во сне она прошла мимо расступившихся, улыбающихсягостей, как во сне взглянула в раскрасневшееся лицо Чарльза, услышала егозапинающийся голос и свои слова, звучавшие так ясно, так холодно-спокойно. Апотом были поздравления, и поцелуи, и тосты, и танцы — и все как во сне. Дажеприкосновение губ Эшли к ее щеке, даже нежный шепот Мелани: «Теперь мыпо-настоящему породнились, стали сестрами», — все, казалось, былонереально. Даже всеобщий переполох, вызванный обмороком тетушки Чарльза миссПиттипэт Гамильтон — толстой чувствительной старой дамы, — все было похожена страшный сон.