«Школа волшебства» и другие истории - Михаэль Андреас Гельмут Энде Страница 53

– И как же тебя зовут?

– Меня называют Смерть.

После этого надолго воцарилась тишина.

– Ты по-прежнему хочешь меня принять? – наконец мягко спросила тень.

– Да, – сказала фрейлейн Офелия, – ну иди же.

И тогда огромная холодная тень укутала её, и свет вокруг померк. Но потом ей вдруг показалось, будто глаза у неё вновь открылись и теперь смотрят совершенно по-новому: взгляд стал молодым и ясным, а не старческим и близоруким. И ей не нужны были больше очки, чтобы увидеть, где она находится: она стояла перед небесными вратами, и её окружали прекрасные существа в роскошных одеждах; глядя на неё, они радостно смеялись.

– Кто вы? – спросила фрейлейн Офелия.

– Разве ты не узнаёшь нас? – ответили они. – Мы те бесчисленные тени, которые ты у себя приютила. Теперь мы спасены и не должны больше блуждать неприкаянно.

Небесные врата распахнулись, и светлые существа, сопровождая маленькую пожилую фрейлейн Офелию, торжественно прошествовали внутрь. Они препроводили её к изумительной красоты дворцу, который, впрочем, оказался самым прекрасным театром, какой только можно себе представить.

Над входом его было выведено крупными золотыми буквами:

ОФЕЛИЯ И ТЕАТР СВЕТА

И с той поры там, перед ангелами, они разыгрывают драмы и комедии, написанные великими поэтами. А ангелы постигают, что значит быть человеком – одновременно жалким и величественным, печальным и смешным – и жить на земле.

А фрейлейн Офелия шёпотом подсказывает исполнителям реплики, чтобы они не сбивались. Иногда поговаривают, что сам Господь Бог наведывается в театр, чтобы насладиться игрой необычных актёров. Однако утверждать это, разумеется, никто не возьмётся.