Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед

1

Жарким вечером в начале июня кузен Фредди впутал его в гоп-стоп. Рэй Карни в тот день, как обычно, мотался по городу — туда-сюда, то в Верхний, то в Нижний Манхэттен. Работа кипела. Сначала в Радиоряд, отвезти три последних напольных радиоприемника, два РКА и «Магнавокс», и забрать телевизор, который он там оставил. С приемниками он завязал — за полтора года не продал ни штуки, как ни сбрасывал цену, как ни уламывал покупателей. Теперь эта рухлядь лишь занимает место в подвале, а оно ему нужно под новые кресла, которые на следующей неделе привезут из «Арджента», ну и под то, что он сегодня заберет из квартиры покойной леди. Три года назад эти приемники — корпуса гладкие, из красного дерева — считались последним словом техники, теперь же, завернутые в стеганые одеяла и привязанные к кузову кожаными ремнями, трясутся в пикапе по жутким колеям Вест-Сайд-хайвей.

Не далее как сегодня утром в «Трибьюн» вышла очередная статья о том, что город-де добивает эстакаду. Шоссе с самого начала было узкое, со скверным покрытием: строили его тяп-ляп. В лучшие дни там стояли мертвые пробки, бампер в бампер, ругань, гудки, в ливень коварные рытвины превращались в лагуны — сплошь унылая серая жижа.

На прошлой неделе в магазин Карни заглянул покупатель, голова обмотана, как у мумии, — получил по башке отвалившимися перилами, когда проходил под этой чертовой эстакадой. Сказал, что подаст в суд. «Имеете полное право», — согласился Карни. В районе Двадцать третьей его пикап угодил колесом в яму, он уж думал, приемники улетят из кузова прямиком в реку Гудзон. И когда наконец очутился на Дуэйн-стрит, выдохнул с облегчением.

Лавка его знакомца из Радиоряда находилась на Кортленд, сразу за Гринвич, в самой гуще района. Он отыскал местечко возле «Чудо-приемников Сэмюэла» — «ЧИНИМ ВСЁ» — и пошел посмотреть, на месте ли Ароновиц. Дважды за прошлый год, среди бела дня притащившись в Нижний Манхэттен, Карни обнаруживал, что магазинчик закрыт.

Еще несколько лет назад — проходишь мимо витрин, уставленных товарами, и кажется, будто крутишь ручку настройки: из одного магазина сквозь рупоры гремит джаз, из другого немецкие симфонии, из третьего регтайм, ну и так далее. «Электроника С&С», «Лучшая техника Лэнди», «Стейнвей, король радио»… Теперь-то здесь скорее услышишь рок-н-ролл — отчаянная попытка привлечь в магазин молодежь, — а в витринах увидишь телевизоры, последние чудеса «ДюМонта», «Моторолы» и прочих. Тут тебе и напольные радиоприемники в корпусах из светлого дерева твердых пород, и округлые новенькие портативные, и системы «три в одном» с высоким качеством звука: телик, радио и проигрыватель для пластинок, всё в одном корпусе, класс. Не изменилось только одно: Карни, как и прежде, пробирался по тротуару, огибая громоздкие баки и ведра с электронно-лучевыми трубками, аудиотрансформаторами и конденсаторами, которые притягивали сюда умельцев со всего Большого Нью-Йорка. Любая деталь, какая только понадобится, все модели и марки, по разумной цене.