Козий крайм, или пани из глухомани - Ирена Квасневская

Глава 1. Исчезновение Марыськи

Пани Янина проснулась с первыми лучами солнца под вопли соседского петуха Жужела, который орал так, будто его обсчитали в магазине. Она медленно поднялась, накинула на ночнушку халат оттенка взорвавшейся цистерны с малиновым сиропом, выглянула в окно и задумчиво оглядела свой двор. Все было как всегда: сарай стоял на месте («Крышу бы подлатать», – со вздохом подумала она), на кусте багровели розы, а старая яблоня склонялась к земле, словно старушка, которая хочет собрать в свой передник спелые яблочки.

Пани Яня вышла во двор, открыла дверцу курятника, и несушки тут же разбежались по саду. Кот по кличке Юзек, названный в честь прославленного маршала за суровый взгляд и пышные усы, сонно потягивался на крыше.

Только одна деталь нарушала привычный порядок.

Козы не было.

— Марыська?.. – подозрительно протянула пани Янина, оглядывая кусты и единственное деревце в саду, будто коза могла залезть на яблоню.

Нет, там ее не было. Пани Яня задумчиво повертела в руках ее поводок, найденный в траве.

На автомате она проверила сарай, огород и даже огуречный парник, в котором Марыська была завсегдатаем. Но козы нигде не оказалось. Ни одной шерстинки. Даже следов, дорожку из которых обычно оставляла рогатая любимица, не было видно.

— Украли! Точно украли! – заключила пани Янина, хватаясь за голову.

Она решительно накинула на голову шарф сумасшедшего розового цвета. В деревне его прозвали «боевым знаменем» – видно его было издалека.

— Бесстыжие! – погрозила она кулаком неведомым воришкам и вышла за калитку.

Улица Павлинья, на которой жила пани Янина, описывала крутую загогулину и упиралась в Журавлиную, которая, в свою очередь, переходила в Волчью. Пани Яня увидела, как в нескольких окнах мелькнули и тут же скрылись соседи. Вся деревня знала, что, если пани Янина повязала свой розовый шарфик и что-то ищет, лучше на глаза ей не попадаться. И конечно, стоит сразу сознаться, иначе несдобровать.

Первой под руку ей попалась пани Кристина, которая как раз выносила курам ведро с картофельными очистками и не успела прошмыгнуть мимо. Янина уперла руки в бока.

— Крыська! Ты мою козу не видела?

— Козу? – переспросила пани Крыся, растерянно моргая.

— Не прикидывайся! А то ты не знаешь мою Марысеньку!

— Да кто ж ее не знает? – пробурчала та себе под нос. – Ты со своей козой полдеревни чуть в гроб не загнала. – И она добавила уже отчетливо, растекающимся, как кисель, голосом: – А что, Марыська убежала? Может, козла увидела какого, вот и погналась за ним?

«Единственный козел поблизости – это твой муженек, но, насколько я знаю, он уже месяц не выходит из штопора», – подумала пани Янина и посеменила дальше.

* * *

Пока пани Крыся отнекивалась, Марыська, симпатичная белая козочка с желтыми глазами и аккуратными рожками, как оказалось, переживала самый необычный день в своей козьей жизни. Она мирно щипала траву у леса, не подозревая, что на нее уставились два странных типа в кожаных куртках. Один был небритый, тощий, с глубокими морщинами и тонкими губами. Второй – плотный, как хорошо сбитый табурет, лысый и какой-то полинявший, будто его выстирали с отбеливателем и розовыми носками.