Как я был Анной - Павел Селуков Страница 51

Мальчик станет мужем. Научится не кончать до пятнадцати минут кряду. Воткнёт на рынке пару палаток с женскими сумками. Видимо, вместо аватарки. Полюбит шашлык, море и другие простые радости. Отрастит брюшко. По вечерам — книжки Ли Чайлда и фильмы Тарантино. В субботу — банька. Три раза в неделю — супружеская ебля. Честь по чести. Детишки, детсад, хатка в ипотеку, магазин «Икеа», автомобиль. И вот однажды, лет через пятнадцать, где-нибудь в Абхазии, к нему подойдёт двадцатилетний пацан и скажет — а вот Пикассо… А наш бывший мальчик посмотрит на него, повертит во рту «пошёл ты на хуй», да так и не скажет. А скажет ласково — иди отсюда, голубчик, солнце заслоняешь. Потому что всё было не зря. И Пикассо, и остальные. Потому что когда повертел во рту «пошёл на хуй», да так и не сказал… Это ведь и есть культура.