Дети жемчужной Медведицы - Александр Форш Страница 34

Николай Степанович так и не смог разгадать, как прознали о его преступлении. Только следующим днем, после того как во дворе усадьбы обнаружили мертвого Яшку с исполосованной глоткой, за ним пришел становой пристав, дал час на сборы, велев брать с собой лишь самое необходимое.

– Николаша, что с нами теперь будет? – рыдала на его груди Наталья. – Дочерей надо на ноги поднимать, Ольга под венец в следующем месяце отправится, но останутся Верочка с Надей.

– Не плачь, голубка моя, – гладил ее по голове Завойчинский, видя лишь один выход из западни. – Не ляжет на наш род позором мой арест.

– Николаша! Ты что еще задумал? – Наталья бежала за мужем до самых дверей его кабинета, где он заперся, отсекая от себя ее стенания. – Николаша, открой немедленно!

Ответом ей стал раздавшийся из-за двери выстрел.

Со смертью обвиняемого были сняты и обвинения. Только слухи все равно просочились. Ольгин жених, граф Потапов, прислал курьером письмо с отказом, в котором просил его извинить за сорванное торжество, пообещав возместить понесенные убытки.

А еще через месяц произошло новое несчастье, и Наталья Николаевна сразу вспомнила о приходившей к ней медведице. Как та и сказала – было слишком поздно.

* * *

Наутро Соболев чувствовал себя отвратительно. До поздней ночи он пытался дозвониться до Алисы и не смог. Механический голос упорно твердил о недоступности абонента. В итоге мужчина заснул лишь под утро, мучаясь теперь головной болью и дурным настроением. Деваха наверняка забыла зарядить телефон, не подумав о его нервах.

Конечно, нервничал он не из-за нее. Вот еще глупости! На кону стояли большие деньги, которые по вине Маркиной компания могла потерять. Но и она тоже хороша – должна была озаботиться заранее о том, чтобы быть на связи круглосуточно. Ее предупреждали о необходимости держать телефон включенным всегда.

Соболев вдруг вспомнил, что до сего дня Алиса Маркина никогда не нарушала правила. Самообладания это ему не прибавило, и когда Татьяна в кои-то веки попросила его провести день с ней, Андрей сорвался.

– У тебя телевизор сломался? – зло бросил он, не понимая, почему так говорит. Он мог многое думать про нее, но никогда не высказывался вслух, к тому же в подобном унизительном тоне. – Чего ты вдруг про меня вспомнила?

– Андрей, – ласково отвечала ему супруга, мягко улыбаясь и слегка склонив голову. – Не злись, пожалуйста. Я все понимаю, у тебя много работы, тебе нужно содержать огромную обузу в моем лице. Стоп, дорогой! – За годы брака Татьяна хорошо научилась различать его мимику, жесты и полунамеки. Она опережала его реакции, заранее готовила реплики и возражения. Вот и теперь Татьяна, скинув шкуру покорной овечки, показала острые зубки. Она понимала, куда нужно надавить, чтобы добиться своего. Подойдя к мужу почти вплотную и поправляя без того идеально сидящий галстук, прошептала:

– Не забывай, пожалуйста, в чьем доме мы с тобой живем. – Соболев слышал вместо «мы» – «ты», не питая иллюзий насчет возможной свободы. У него давно уже имелась собственная квартира, оформленная на Костика, но стоит заикнуться о разводе, и он запустит механизм саморазрушения. Тесть не простит ему бегства.

– Я помню, дорогая, – сжимая пальцами ее запястья и мягко отстраняя от себя, улыбался в ответ Соболев. – Но не понимаю, к чему разговор. Нам обоим он не доставляет никакого удовольствия.

– Мне нужно в больницу, и ты должен меня отвезти.

– Тань, я не могу, у меня сегодня дел по горло. Костик уже семь раз звонил, я и без того задержался.

– Никуда твой рыжий дружок не денется. – Андрею показалось, будто в глазах женщины вспыхнуло и погасло пламя. В голосе послышалось явное раздражение, но Татьяна умела быстро взять себя в руки. Сегодняшний случай не стал исключением. – Я не займу много времени. Олег Витальевич меня уже ждет, я вчера его предупредила, что приеду с любимым мужем.

– Кто такой Олег Витальевич?

– Тебе правда интересно? Мой гинеколог. Ну что, едем? – Татьяна сделала вид, что не заметила изумления на лице мужа.

В машине они промолчали всю дорогу, не зная, как справиться с нависшим напряжением. Соболев вспомнил ту единственную ночь, которую они с женой провели вместе пару недель назад. Она тогда сама пришла к нему в спальню и без лишних слов просто легла рядом, положив его руку себе на грудь.