Пасть - Виктор Точинов Страница 49

Оса легко заскользил вдоль следа.

Ну хватит, подумал Игорь. Сегодня Ирка мне даст. Не отвертится. Довольно ей носить дурацкое прозвище Динамо. Сколько можно дурить парням головы… На дворе не девятнадцатый век, а она не тургеневская барышня. Хватит убивать время и деньги на странное какое-то общение, полудружеское-полу… не пойми что. Все. Сегодня.

Игорек накручивал сам себя. Но в глубине души прекрасно понимал, что и сегодня все будет как обычно. Опять ему ничего не отвалится. И не обломится.

Ирка, простая душа, обладала редким талантом: могла пойти куда угодно — в турпоход, на вечеринку, в сауну, наконец, — пойти с балдеющим от нее парнем и вернуться без малейшего для себя ущерба. Могла, в конце концов, припозднившись, переночевать у парня дома — совершенно целомудренно.

Что самое удивительное — отношения от этого у нее ни с кем не портились. Просто в этих отношениях с самого начала не бывало с ее стороны ни малейшего эротического подтекста. Ирка, личность весьма экспансивная, была способна броситься парню на шею, обнять, расцеловать — и при этом остаться с ним на дружеской ноге, не более. А мужчин, способных, распалившись, в какой-то момент пустить в ход грубую силу, Ирка с удивительным чутьем избегала.

Игорь, потерявший с ней почти полгода, не раз говорил себе, что надо плюнуть и найти нормальную девицу, не страдающую инфантильной фригидностью. Самку. Телку. Не отягощенную излишними извилинами и ведущую здоровую половую жизнь. Полным-полно ведь таких рядом… Были же подходящие случаи, и некоторые блиц-знакомства на студенческих вечеринках в этом году заканчивались самым приятным образом, но… Но расстаться с Иркой он пока никак не решался…

Гена сидел рядом, на водительском месте, и не обращал на душевные терзания старого приятеля ни малейшего внимания. Молча курил в приспущенное окошко.

Генкин лимузин заставлял проходивших мимо общежития граждан замедлять шаги и оглядываться: битый и мятый жизнью «запорожец», вместо бокового стекла фанерка; пожеванный борт запорожца-ветерана украшал измалеванный красным суриком рекламный призыв: «ПРОДАЕТСЯ! ДЕШЕВО! ОН ЕЗДИТ!!!» — кривые буквы зачеркнуты небрежным движением кисти, краской другого цвета. Сие чудо техники было приобретено Генкой аж за пятьсот рублей спустя две недели после возвращения из армии — то есть месяц назад.

Мода на похожие развалюхи распространилась не так давно среди молодежи, в основном среди небогатых студентов — никаких комплексов неполноценности за рулем зверь-машины Генка не испытывал. Не смущало его и отсутствие номеров и документов на «Антилопу-Гну» — не угнанная, понятное дело, кто на такую рухлядь польстится… Но многочисленные прежние владельцы резонно считали, что сумма налога на транспортное средство, техосмотр и переоформление увеличат стоимость раритета раза в три-четыре, — и не утруждались излишними формальностями.

Что характерно, ГИБДД такой транспорт останавливала не так уж часто. Да оно и понятно. Прав у сидящего за рулем чаще всего нет, да и денег на штраф тоже, документы «забыл дома» — если что, плюнет на все и бросит навсегда этот металлолом, благо стоит копейки, возле гаишного поста — и что с ним прикажете делать? Себе дороже связываться…

А в хозяйстве вещь полезная. Удобно покатить веселой компанией на лоно природы или попросту двинуть на уикэнд в первопрестольную. На предсказания о том, что «запорожец» будет чиниться больше, чем ездить, Гена не обращал внимания. С детства был на короткой ноге с двигателями внутреннего сгорания, опять же отслужил механиком-водителем — и собственноручно перебранный движок работал как часы. За сегодняшнюю поездку можно было не волноваться.

Девчонки появились, когда вышедший из машины Игорь начал нервно притопывать ногой и нетерпеливо поскрипывать зубами.

— Привет, Игореша! — Ирка с налету чмокнула его в щеку. Обежала машину и проделала ту же операцию с открывшим дверцу Геной: — Привет, Генульчик! А это Наташа, ты ее едва ли помнишь… Когда тебя призывали, она не у нас училась, в параллельной группе.

Гена выбрался из «запорожца», посмотрел на чуть отставшую от стремительной Ирки высокую темноволосую девушку. Много других лиц было вокруг за два последних года — но это он не забыл. Хоть и не переписывались, ничего не обещали…

Он откинул вперед спинку сиденья, протянул ей руку и сказал просто:

— Привет! Если ты забыла — меня зовут Гена.

Она не забыла.

След тянулся по открытому месту недолго. Поднялся из долины Славянки и запетлял среди редких кустов, росших на протяженном пустыре.

Оса огляделся. Невдалеке громоздился серый бетонный забор какой-то фабрики, слева шумело шоссе. По опыту прошлых охот не похоже, что объект заляжет здесь на дневку. Вполне мог отмахать за ночь в таком темпе верст сорок — пятьдесят и по дороге пару раз подкрепиться. Тогда до ночи лежку никак не найти. А к вечеру синоптики обещали снег, и все придется начинать сначала… Все так. Но Оса часто собирал в непрозрачные мешки из толстого пластика то, что осталось от пытавшихся просчитать поведение этой дичи.

Он снял и убрал перчатки — морозец не страшный, два-три градуса. Вынул из бокового кармана пистолет, дослал патрон, поставил на предохранитель и положил поудобнее — чтобы выхватить за доли секунды. Пистолет, конечно, мало пригоден. Но здесь, под городом, всякая охота запрещена — и у лыжника с длинномерным стволом за плечами немедленно начнутся выяснения отношений со всеми встречными стражами порядка…

Оса не постеснялся бы, конечно, завалить и присыпать снежком хоть егеря, хоть мента, но не видел смысла. Да и пистолет, даже со спецпулями, не главное оружие. Пистолет — поставить точку.

Он вытащил и подвесил снаружи черный портативный ящичек. Миопарализатор. Мощность выкрутил на максимум. Жаль, включить сразу нельзя. Если объект не попадает в двадцатиметровую зону уверенного поражения, эффект обратный — пугается и уходит. Остается уповать на то, что времени нажать кнопку хватит. Должно хватить — днем зверюга все-таки не так молниеносна. Должно…

Поздно появились у них эти приборчики, слишком поздно. Теперь можно выходить на охоту в одиночку — но выходить почти некому. Будь у их группы месяц назад хотя бы небольшая партия парализаторов… Хотя бы один…

Оса недобро усмехнулся. Ну был бы — и что? Завалили бы сразу и пришлось бы делить премию на всех. Оса не любил делиться. Пусть уж все достанется одному — и риск, и деньги.

Девчонки разместились сзади. Игорек всю дорогу просидел, обернувшись к ним. Гена уверенно рулил, «запорожец» бесшабашно тарахтел по Киевскому шоссе, делая вид, что относится к тому же семейству, что и попутные, и встречные форды-мерседесы. Впрочем, машин на трассе было немного — мало кого тянет путешествовать за город тридцать первого декабря…

На джип с тонированными стеклами они не обратили внимания. Ни когда он обогнал их, ни спустя несколько минут, проезжая мимо той же машины, приткнувшейся у обочины невдалеке от поворота на Пушкин. Интереса у двух мужчин в униформе, сидевших во внедорожнике, их экстравагантное средство передвижения тоже не вызвало. Мало ли на чем рассекают граждане просторы своей необъятной страны…