Берлинская охота - Валерий Шарапов Страница 10

На одной из улиц старлей наметанным взглядом заметил двух подозрительных типов, прошмыгнувших в прилегавший переулок.

— За ними, Елагин! – приказал он водителю.

«Виллис» прибавил скорость, оставив далеко позади пыхтевший «студебеккер».

В проулке юркий автомобиль мигом нагнал беглецов – пожилых мужчин в довольно простой и дешевой одежде.

— Стоять! Лицом к стене! Руки за голову! – рявкнул старлей.

Вряд ли они знали русский язык, но по суровому тону мгновенно осмыслили угрозу и подняли руки.

— Елагин, обыскать!

Водитель с сержантскими лычками на погонах ловко обыскал задержанных, наверняка выполняя эту процедуру не единожды за день. Передав старлею найденные документы, Елагин жестом приказал мужчинам снять пиджаки и рубашки, после чего принялся осматривать их руки.

— Товарищ старший лейтенант, эсэсовских татуировок не обнаружено, – доложил он.

— Документы тоже в порядке, – проворчал старлей. И поднял взгляд на задержанных: – Почему не остановились? Зачем убегали?

Два немца недоуменно переглядывались, не понимая вопроса. Капитан Усольцев помог диалогу, повторив вопрос на добротном немецком языке.

Один из мужчин с готовностью ответил:

— Мы опаздываем на смену.

— Мы работаем на железной дороге, – пояснил второй.

Усольцев перевел ответы.

— Оба в кузов, – кивнул старлей на подъехавший «студебеккер».

Спустя четверть часа автомобили военного патруля остановились на площади перед разрушенным зданием грузовой железнодорожной станции. Неподалеку на путях трудилась бригада, состоявшая из женщин и пожилых мужчин, некоторые из которых казались стариками. Руководил работой инженер.

— Вы старший? – крикнул старлей.

— Да, господин офицер, – снял тот кепку, обнажив седую шевелюру.

— Это ваши рабочие?

К инженеру подвели двух задержанных.

— Да, господин офицер. Это Пауль Шмидт и Ральф Рихтер.

— Сними с них наручники, – приказал старлей сержанту. И, обращаясь к задержанным путейцам, предупредил: – В другой раз не советую бегать от военного патруля, если не хотите получить по свинцовой оплеухе…

* * *

От грузовой станции «виллис» взял курс на север и вскоре оказался на городской окраине. Позади по-прежнему натужно гудел мотор американского грузовика.

— Зачем ты задержал их? – нарушил молчание Усольцев. – Ведь сразу было видно, что работяги не имеют ничего общего с вермахтом и СС: руки с въевшейся в кожу грязью, пропахшая креозотом одежда, да и возраст не тот.

Покручивая чапаевский ус, старлей ответил:

— А вы наблюдательны, капитан. Давно в Германии?

— Около месяца. Война для меня закончилась с тяжелым ранением в Польше.

— Понятно. Ну а я вошел в Германию в феврале в составе 2-го Белорусского. И вот что я вам скажу: здесь все перевернуто с ног на голову и никому нельзя верить! Недавно мой патруль повстречал трех сопляков лет четырнадцати. Под Рязанью, откуда я родом, такие бегают в школу или лузгают семечки на завалинке. А эти оказались из гитлерюгенда и сразу стали палить в нас из пистолетов. Тяжело ранили моего старшину. Пришлось их прикончить…

Автомобили покинули город и ехали по шоссе на север. Вокруг зеленели сорняками заброшенные поля, медленно проплывали полуразрушенные особняки местных фермеров. Впереди появилась темная полоска леса.

Подняв автомат, старлей передернул затвор.