Берлинская охота - Валерий Шарапов Страница 3

Глава вторая

Советская зона оккупации Германии, Берлин; середина сентября 1945 года

До рассвета оставалось около часа, когда в окнах дома под вывеской BÄCKEREI[1] загорелся свет. Это был обычный ритуал, связанный с началом рабочего дня. Умывшись и выпив чашку морковного кофе, пожилой Алоиз принялся разжигать большую печь; его супруга Марта, надев фартук и ополоснув руки, достала выдержанное тесто и начала ловко раскладывать его по смазанным маслом формам.

Они занимались этим ремеслом каждый день на протяжении почти тридцати лет. Просыпались в половине пятого и не разгибая спины трудились, чтобы к восьми утра – к окончанию действия комендантского часа – в магазинчике при пекарне появлялся свежеиспеченный хлеб. Потом Марта вставала за прилавок и до пяти часов вечера продавала румяные булки, приветливо улыбаясь постоянным покупателям. Алоиз в это время разъезжал на повозке по северным предместьям Берлина, закупая дрова, пшеничную муку, свежие яйца, растительное масло, живые дрожжи, сахар, соль… в общем, все то, без чего не обошлась бы выпечка настоящего, а не суррогатного хлеба. После распродажи хлеба и возвращения Алоиза супруги обедали, а в шесть вечера весь процесс начинался с самого начала: чистка печи, уборка в пекарне, просеивание муки, замешивание теста…

Утро было обычным. В столь же раннее время поднимались рабочие-путейцы, дворники, водители общественного транспорта, а также горожане, назначенные военной администрацией на работы по разбору разрушенных зданий. Всем этим людям при наличии соответствующих документов разрешалось выходить из дома и следовать к местам работы, невзирая на действие комендантского часа. Однако имелось сегодняшним утром и одно отличие, заметить которое суждено было не всем.

Когда небо на востоке просветлело, из подступавшего к городской окраине леса вышли шестеро немецких военнослужащих в полевой эсэсовской форме. Оглядываясь по сторонам и стараясь не производить шума, они быстро направились к ближайшей улице…

* * *

В пекарне все было расписано по минутам. Алоиз подкидывал в печь дрова и прибирался в крохотном магазине, состоявшем из одного прилавка. Марта раскладывала по формам вторую партию теста. Когда поспевала первая, супруги ловко выхватывали ее из раскаленного жерла. Затем с той же проворностью помещали туда следующие формы, а горячие булки раскладывали по чистым деревянным лоткам.

Все это Алоиз с Мартой делали молча, понимая друг друга по одному лишь взгляду или короткому жесту. Работа спорилась – болтать или отвлекаться по пустякам было некогда. Упустишь минуту – и дюжина булок отправится в отходы. Такой «роскоши» в нищем послевоенном Берлине никто позволить себе не мог…

Тем временем группа немецких солдат осторожно пробиралась по сонным улочкам городской окраины. Возглавлял группу Матиас Фукс – штурмшарфюрер СС[2], опытный вояка, впервые понюхавший порох в апреле 1940 года в Датско-норвежской операции. Последние три года Фукс провел на Восточном фронте, после чего взгляд его стал злым и холодным.