Черные тени Ленинграда - Александр Тамоников Страница 36

Через пять минут в комнату вошел молодой лейтенант, худой, с острым лицом. Представился: «Лейтенант Прохоров, командир взвода охраны».

— Знаете технический колодец в пристройке, где узел связи? — спросил Бугров, не предлагая сесть.

— Знаю, товарищ майор. Там кабельные трассы идут. Люк в полу коридора, рядом с уборной. Спуск по железной лестнице. Глубина — метра три. Внизу проход, ширина — около метра.

— Кто имеет доступ?

— Связисты, по необходимости. И техперсонал. Обычно открыт, на люке замка нет.

— Сейчас там кто-то есть?

— Ночью? Вряд ли. Разве что дежурный электрик, но он обычно в своей комнате сидит.

— Хорошо. Пойдемте со мной. Молча.

Они вышли. Коридор был пуст. Метроном в репродукторе все так же стучал, но его ритм теперь казался Бугрову счетчиком, отмеряющим время до какого-то события. Они дошли до пристройки, прошли мимо часового у двери узла связи, свернули в боковой коридор. Здесь было еще холоднее, пахло сыростью и ржавчиной.

Лейтенант Прохоров указал на железный люк в полу, рядом с дверью в уборную. Люк был прикрыт, но не заперт.

Бугров кивнул, жестом приказал отойти. Сам присел на корточки, осмотрел края люка. Пыль, следы подошв. Ничего особенного. Он взялся за ручку, потянул. Люк открылся с глухим скрипом. Из темноты потянуло холодным, затхлым воздухом.

Бугров достал из кармана электрический фонарик, нажал кнопку. Луч, тусклый и желтый, выхватил из мрака железные ступени, уходящие вниз.

Он спустился, считая шаги. Лестница дрожала под его весом. Внизу оказался узкий, низкий проход между бетонными стенами. По стенам шли толстые кабели в свинцовой оплетке, покрытые инеем. Под ногами — лужицы замерзшей воды, хрустевшие, как стекло.

Он осветил проход лучом. Слева и справа — ниши, где стояли распределительные коробки. Пол покрыт слоем пыли и грязи. Он начал медленно двигаться вперед, внимательно разглядывая пол и стены. Искал следы — отпечатки подошв, царапины, любые признаки того, что здесь кто-то бывает регулярно.

Прошел метров десять. Ничего. Потом в месте, где проход делал легкий поворот, луч выхватил из темноты небольшой выступ в стене — бетонную полку, вероятно, оставшуюся от строительных работ. На полке лежал небольшой плоский камень. Камень был чистым, без пыли. Бугров пригляделся. Рядом с камнем, в щели между бетонными блоками, торчал уголок бумаги.

Он ничего не тронул. Отступил на шаг, осветил пол. В пыли рядом с полкой виднелись четкие отпечатки подошв — небольшие, женские, с узким носком. И еще одни — крупнее, мужские, с рисунком протектора, который он уже видел сегодня, — на кирзовых сапогах у Володи со склада? Нет, слишком поспешный вывод. Но факт: здесь бывали двое.

Бугров подозвал лейтенанта Прохорова в качестве понятого. Затем достал из внутреннего кармана пинцет в чехле и полоску папиросной бумаги. Аккуратно, не касаясь пальцами, извлек из щели бумажный уголок. Это был обрывок пачки от папирос «Беломор». С одной стороны — чистая, с другой — несколько строк, написанных химическим карандашом. Почерк мелкий, аккуратный. Он развернул бумагу под лучом фонаря. И прочитал так, чтобы Прохоров услышал.

«23:45. Коридор А. Труба отопления. Щель под третьим от окна кронштейном».

Это было похоже на инструкцию. Место и время закладки.