В пекле немецкого логова - Александр Тамоников Страница 42

Оглянувшись, Зубов чертыхнулся и на бегу крикнул Шубину по-русски:

— Откуда эти черти повылезали?! Улица ведь пустая была!

— Некогда разбираться, — ответил Шубин и, схватив освобожденного ими поляка за рукав шинели, дернул, привлекая к себе его внимание. — Ты город хорошо знаешь? — перешел он на польский язык.

Вместо ответа поляк свернул в какой-то проулок и тут же упал как подкошенный. Шубин и Зубов остановились от такого неожиданного поворота событий. Глеб подбежал к упавшему и наклонился над ним. Из головы поляка вытекала струйка крови и темным пятном расползалась по мостовой. Но того, кто убил пленного, нигде видно не было.

— Снайпер, — сообразил Шубин.

— Эй вы! — из разбитого окна дома, возле которого они стояли, выглянул парнишка. — Если не хотите попасть в лапы гестапо, то бегите дальше по улице, — махнул он рукой, указывая, в какую сторону им следует бежать. — Вас встретят!

Парнишка крикнул и снова исчез в темноте окна. А погоня и вправду уже была совсем близко. Раздумывать над событиями, которые произошли за последние минуты, не было времени. Шубин, решив, что в такой ситуации лучше всего положиться на удачу и последовать совету подростка, побежал в указанном им направлении. Буквально через два дома их снова остановил окрик:

— Давайте сюда!

Глеб посмотрел в сторону, откуда доносился крик, и увидел пожилого поляка, который стоял возле подъезда и махал им рукой. Не раздумывая, Шубин и Зубов последовали за ним сначала в подъезд, а потом, поднявшись по лестнице до последнего этажа, через чердачную дверь — на крышу. Далее они бежали несколько кварталов по крышам домов, затем снова через чердак проникли внутрь какого-то пустого здания и на этот раз спустились в подвал. Быстрым шагом, стараясь не отставать от поляка, который, несмотря на возраст, оказался довольно шустрым и выносливым, они шли еще минут пять. Поляк достал откуда-то фонарик и включил его, чтобы хоть немного осветить себе и идущим за ним дорогу. Он шел быстро и уверенно, но время от времени оглядывался, чтобы удостовериться, что Шубин и Зубов не отстали от него. Сначала Глеб удивился, что они так долго не поднимаются из подвала и так долго идут под землей. Но потом догадался, что, видимо, они идут по каким-то катакомбам (что, собственно, и было), и успокоился. Единственное, что ему не давало покоя, это то, что он все еще не мог понять, кто и куда их ведет.

Все, что с ними сейчас происходило, не имело никакого логического объяснения. Во всяком случае, пока не имело. «Мы освобождаем пленного, предположительно связного из подполья или из местных партизан, — на ходу размышлял Шубин. — Но его убивает какой-то снайпер, а нас в это же время почему-то никто убить не пытается, а, наоборот, уводят от погони. Или не уводят, а пытаются завести в какую-то ловушку?..»

— Стой! — остановился Шубин и рукой остановил Зубова, который шел следом за ним. — Кто ты, черт бы тебя побрал, такой? — обратился он к поляку. — Куда ты нас ведешь?

Поляк остановился и, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, но при этом не выказывая перед Шубиным никакого страха или какого-то другого чувства, кроме нетерпения, ответил:

— Все вопросы — потом. Сейчас нам надо идти. Мы не можем тут задерживаться. Вам все объяснят.