Левая рука ангела - Валерий Шарапов Страница 58

Дядя Степа с досадой посмотрел на моторку, выбирая место почище и подальше от воды. Парадный костюм – и в нем в море выходить? Это кощунство. Правда, сопровождавших не смущала перспектива замочить свою тоже не дешевую одежку.

Слава те господи, с самого начала мы решили, что наружка за нами ходить не будет, иначе она давно или засветилась, или потеряла бы нас. Нам нужно установить контакт – это перво-наперво. А как вязать всю шайку – станет понятно по ходу дела.

Такой зазор образовался в операции. Пустое пространство, где мы вне зоны видимости и контроля наших коллег – а оно может быть заполнено чем угодно, в том числе нашей бесславной гибелью. Очень уж недобро косились на нас все трое.

Лодка, раскачиваясь, начала набирать ход и вскоре на всех парах устремилась вдоль берега. Выбралась из лимана в открытое море.

В глубине моего существа до сих пор живет опасение и вместе с тем страстная тяга к бескрайним водным просторам. Я вырос в лесах Полесья. С детства глядел на нашу узкую извилистую реку – и виделась мне в ней волшебная дорога, которая ведет в благословенные края счастья и равенства из проклятой буржуазной Польши с ее кулаками, панами и национальной польской спесью. А когда впервые увидел открытое море – мой мир сразу резко расширился и вообще стал другим. Вот и сейчас от игры на накатывающих волнах лучей клонящегося к горизонту, расползающегося вширь, краснеющего солнца, от безумного перламутрового гладкого простора тонко пела во мне торжественная струна.

Даже отвлекся на время от смертельного риска и неопределенности нашей ситуации. Так бы и мчался к горизонту, забыв о времени, о шпионах, маньяках, бандитах и контрабандистах. Но они сами напомнили о себе.

Лодка со стуком ткнулась в пирс, прикрытый старыми автомобильными покрышками, смягчающими удары бортов. Пирс был не один. Вокруг полно моторок, небольших катеров, весельных и парусных лодок с раскачивающимися мачтами, пара рыбацких баркасов.

Рыбный запах стоял резкий, густой и меня совсем не радовал. Суетились люди, что-то загружая или выгружая с баркасов. У пирсов стояли ящики и бочки с рыбой, были разложены рыбацкие сети. И еще там было множество котов. Жирных, вальяжных, смотрящих на нас свысока и недобро – мол, не приплыли ли вы, гости незваные, за нашей рыбой?

— Туда, – указал рукой Вася Вагонный.

Вскоре перед нами возник просторный дощатый эллинг с рельсами, уходящими в воду.

Места внутри хватало с избытком для нескольких маломерных судов, однако сейчас стоял всего лишь один катер – небольшой, с будкой рулевого. Со стен свисали сети. Было душно, по носу бил все тот же несносный запах рыбы и солярки. Свет едва пробивался в узкие окошки наверху. И рожи сопровождающих здесь выглядели какими-то бесовскими.

Вася Вагонный пошарил на стене и повернул со щелчком выключатель. Обстановка тут же приобрела четкие очертания. При электрическом свете все выглядело не так удручающе. Эллинг и эллинг. Вон, в углу даже обустроено небольшое уютное пространство для праздного времяпровождения – шкафчики, большой квадратный стол, за которым могло рассесться человек десять, табуретки. На столе – привычная уже корзинка с яблоками, грушами и прочими фруктами. Что, приготовились к встрече дорогих гостей с Дальнего Востока? Хорошо, если так.