В пекле немецкого логова - Александр Тамоников Страница 59

— Совсем не обязательно… — попытался было возразить Зубов, но Миколай так посмотрел на него, что Толик замолчал.

— Вернулись люди, которые ходили искать Шимона, — немного помолчав, продолжил говорить Возняк. — Они нашли его там, где вы и сказали. Но… — Командир партизан поднял руку, останавливая Зубова, который открыл уже рот, чтобы что-то сказать. — Его нашли мертвым, и он не может подтвердить, что вы те, за кого себя выдаете. Зато мои люди нашли рядом с ним, а вернее, на нем, три шинели, принадлежащие полицаям. А потом, чуть позже, были найдены три тела…

При этих словах Зубов снова не вытерпел и проворчал:

— Так разве это не доказывает тот факт…

— Для меня — нет! — повысил голос Возняк. — Может быть, все люди Оскара, которых вы перечислили, были разоблачены. Оттуда вы всех и знаете. Может, портного Ковальского под пытками заставили назвать имена некоторых подпольщиков. Схватив Шимона, его использовали для прикрытия, чтобы обеспечить вам… как это называется… — защелкал Миколай пальцами, припоминая нужное слово.

— Алиби, — подсказал ему Шубин.

— Да, алиби, — кивнул Возняк. — Вы силой заставили его пойти с вами на гору, там убили его, а заодно и нескольких полицаев…

— Чушь, — проворчал Зубов. — Для чего нам было убивать полицаев?

— Чтобы показать потом их тела нам как доказательство, что вы не имеете никакого отношения к гестапо, — ответил Возняк.

— В умении логически мыслить вам не откажешь, — невесело заметил Шубин. — То, о чем вы сейчас говорите, только ваши догадки. Причем бездоказательные. Отправьте своих людей в город к Оскару, и он вам подтвердит, что мы не обманываем вас.

— Ага, чтобы там моих людей ждали гестаповцы и схватили их. Нет уж, — Миколай хлопнул себя ладонями по коленям и встал. — Мне проще вас сразу расстрелять и все уладить на месте. Если вы от советского командования, как вы говорите, то у вас должно быть к нам письмо или какое-то другое доказательство принадлежности к советским войскам. Какие-то документы, военный билет или еще что-то.

— По инструкции не положено, — проворчал Зубов себе под нос.

— Что? — не понял Возняк.

— Не положено, говорю, когда идешь в разведку в тыл врага, брать с собой документы, — уже громче ответил Анатолий.

Миколай нахмурился и, опустив голову, задумался. Потом поманил к себе Галину, отошел с ней в дальний угол и стал с ней о чем-то шептаться. Девушка кивала и что-то отвечала, но Глеб, как ни прислушивался, не мог разобрать, о чем они говорят. Наконец Возняк принял какое-то решение и сказал:

— Я решил пока не торопиться вас расстреливать. Скажите спасибо Гале. Она предложила испытать вас в деле. Потому как если вы и вправду пришли к нам от Советов, то было бы большой ошибкой вас расстрелять.

— Ну, это же другой разговор, — улыбнулся Зубов. Он разжал руку, и на его ладони блеснула монетка. — Орел или решка? — подмигнул он Шубину.

— Что это у тебя? — снова насторожился Возняк.

— Просто злотый, — ответил Анатолий и, подкинув монету, тут же ловко поймал ее, раскрыл руку и провозгласил: — Решка. Как я и загадывал, когда решал, расстреляют нас или нет. Можете проверять нас сколько угодно.

Миколай покачал головой, но скорее недоуменно, чем с осуждением, и спросил, обращаясь к Шубину:

— Ваш лейтенант всегда такой… Такой веселый?