Хеллоу, Альбион! - Алексей Хренов Страница 74

Кафе у порта оказалось на редкость приличным. Завтрак, разумеется, за счёт Кокса, прошёл с таким размахом, который у британцев обычно вызывает лёгкое внутреннее беспокойство.

— Трескай как следует, пока есть возможность, — Граббс по-отечески подкладывал лучшие куски мальчишке, — а то вон уши просвечивают на ветру.

Граббс, впрочем, начал беспокоиться чуть позже.

Когда после заправки к самолёту подкатили бочку.

— Кокс! Эти явно твои штуточки! Я сразу скажу, — мрачно заметил он, наблюдая, как эту радость в двести литров пытаются впихнуть в «Валрус», — это плохая идея.

— Потому что я хозяйственный, — улыбаясь, ответил Лёха, разглядывая хорошо простимулированную процедуру.

Бочку впихнули на пассажирские места, уложив на днище.

Следом появился ручной насос.

Самолёт от этого как-то немного осел и стал выглядеть так, будто его только что уговорили взять на борт ещё парочку незадекларированных пассажиров.

— Прекрасно, — продолжил Граббс, сидя на бочке и раскуривая свою утреннюю сигару. — Теперь мы не летающая лодка, а плавучий бензовоз его Величества. Осталось только повесить табличку «курить запрещено», и можно выходить на пенсию.

Хиггинс с интересом разглядывал насос, явно прикидывая, кого из них троих заставят им работать.

Лёха тем временем уже проверял самолёт, готовясь к взлёту.

Через несколько минут мотор снова заголосил, вода побежала под поплавками, и нагруженный «Валрус» нехотя оторвался от поверхности.

Они взяли курс на юго-запад — в Атлантику, в Западные подходы, туда, где где-то в сине-серой воде Бискайского залива их должен был ждать эсминец Его Величества «Саладин».

01 июля 1940 года. Небо над Бискайским заливом, Анлантика.

— Хью! Давай, вызывай, — крикнул в рацию Лёха, в очередной раз оглядывая горизонт.

Вот уже два с лишним часа их «Валрус» неторопливо полз над синей водой Атлантики. Слева, на самом горизонте, остался французский Брест, захваченный немцами, где-то далеко впереди должна была маячить Испания, а пока же вокруг простиралось бесконечное море.

Мальчишка-стрелок пристроился у рации, наушники сползли на одно ухо, палец замер над ключом. Он на секунду задержал дыхание, потом коротко и чётко застучал:

«Saladin, Saladin, de Cox-3. QTF? K».

В переводе от Граббса их позывной звучал как «самолёт Кокса и три мудака».

В эфире зашипело. Лёха ждал, вглядываясь в бесконечную синюю воду за бортом. Граббс, свесившись из носовой турели, беззаботно рассматривал горизонт с таким видом, будто море обязано ему заранее докладывать о неприятностях.

Ответ пришёл сразу — сначала треск, потом чёткий, уверенный почерк радиста.

Хиггинс замер, слушая, потом быстро начал записывать карандашом в блокнотик, пристроенном на коленке.

— Слышим их, сэр, — мальчишка поднял голову. — Дают пеленг на нас — сто восемьдесят пять. Повторили дважды.

— Хорошо. Давай им наш курс и спроси их положение. И скажи, что нам нужно топливо.

Мальчишка снова склонился над ключом. Теперь он работал быстрее, увереннее.

Ответ пришёл не сразу. Несколько минут Хиггинс вслушивался в треск эфира, наконец схватился за карандаш и стал быстро царапать. И с каждой секундой лицо у него становилось всё более вытянутым.

— Сэр… — сказал он наконец. — Говорят: «Контакт. Подводная лодка к западу. Ухожу в атаку».