Левая рука ангела - Валерий Шарапов Страница 79

— Подходите, товарищ майор. Есть интересные новости.

Новости действительно оказались интересными. Пятнышко оказалось кровью. Но из-за недостатка материала группу ее установить не удалось.

С крупинками оказалось еще увлекательнее.

— Это «Д-лайт» – американское фармацевтическое средство, использующееся для купирования острых психических состояний, – поведал сидящий за стеклянным столом, рядом с микроскопом, эксперт в белом халате, накинутом на военную форму.

— И что, можно его купить в аптеке?

— В американской. И то не в каждой. И по солидному рецепту. Это серьезное оружие в руках специалистов, а не какая-нибудь валериана. В СССР оно вообще не поставляется.

— Спасибо. Вы очень многое прояснили.

— Заключение подошлю завтра.

— Годится…

Что из этого следовало? Скорее всего, в подвале кого-то потрошили. Может быть, даже Дрожжина, если фельдшер не врет. Оттуда и кровь. И еще – эти самые химикаты.

Мы встретились с Дядей Степой на улице – чтобы не тащить его в мой кабинет через строгих стражей, требующих пропуск. Вечерняя Москва была промозгла, но немного потеплело, и дождь не лил, как из ведра.

Около Большого театра прозвенел трамвай, втянув в себя накопившуюся толпу пассажиров. Потоком неслись автомобили. Процокала спокойно и величаво копытами по асфальту лошадь – в повозке были бидоны молока.

— Получается, лаборатория все же там была, – вдохновился новостью Дядя Степа, и в его глазах заплясали бесовские огоньки. Он снова почуял след.

— Нашли логово, – сказал я. – Теперь дело за малым – установить, кто в нем бывал.

— Установим. Это я беру на себя.

— Только не засветись. Нам клиента спугнуть никак нельзя…

Вскоре все прояснилось. Дом принадлежал заслуженной пенсионерке, старой большевичке, имевшей квартиру в Москве и не имевшей в пределах досягаемости родни. Дачу она сдавала уже лет пять. Кому?

И ведь не спросишь. Старушка тихо и мирно отдала Богу душу. А наследнички пока еще осваивать владения не спешили.

Возраст у бабули был почтенный – далеко за семьдесят, так что ничего необычного в ее уходе не было – естественный пугающий процесс удобрения почвы бесчисленными телами живых организмов. Удивительно только то, что произошло это ровно через день после того ночного побоища в доме.

— Думаешь, помогли? – спросил я Дядю Степу, принесшего на конспиративную квартиру это печальное и настораживающее известие.

— Да черт его знает, – пожал плечами Дядя Степа. – Причина смерти – острая сердечная недостаточность. Но ведь мы имеем дело с фармацевтом. Притом с фармацевтом, заметающим следы.

— Просто груда трупов. Под наше дело скоро отдельный судебный морг надо будет строить.

— Да, такой кровавой вакханалии давно не видел.

— Нужно попытаться опросить окрестных жителей, что в этом доме творилось. Только под легендированным предлогом и очень аккуратно.

— Сделаем, – заверил Дядя Степа.

И на следующий день отправился на станцию Речная. Прямо в дом к тому бородатому мужичонке, который проживал в поселке круглый год. Тот стоял на улице около своего участка, будто ждал гостя.

— Здорово, уважаемый товарищ! – воскликнул радостно Дядя Степа. – Не уделишь время на разговорчик?

— А, монтер, – узнал его бородач.

Демонстрация принесенной с собой бутылки «беленькой» оказала волшебное действие. Универсальный пропуск, отворяющий все двери и врата на Руси, – бутылка недурственной водки.