Берлинская охота - Валерий Шарапов Страница 82

Острие кинжала медленно опустилось по шее Анны, срезало пару пуговиц с блузки и заскользило по животу.

— Вашу помощницу будут долго насиловать, после чего она мучительно умрет от потери крови. А вас, детектив, мы повесим на ваших же кишках.

Лезвие кинжала остановилось на поясе серой юбки.

— Остановитесь, Карл. Она является переводчицей и без нее мы не поймем друг друга, – примирительно поднял руки Васильков, незаметно бросив взгляд на часы. Стрелки показывали один час пятьдесят пять минут.

Анна дрожала, по щекам текли слезы.

Опустив кинжал, Гесс злорадно заметил:

— Люди постоянно жалуются на свою жизнь. Но когда Господь Бог предлагает с ней расстаться, они цепляются за нее и умоляют о пощаде. Не так ли, фройляйн?..

— Предлагаю перейти к делу, – попытался завладеть его вниманием Васильков. – Мой рассказ об интересующем вас человеке займет…

Он снова посмотрел на часы.

— Минут десять.

— Так мало? – удивился Гесс, возвращая кинжал юноше.

— Информации о нем немного – мы успели допросить его лишь однажды. Следующий допрос планировали провести завтра.

— Хорошо. Я слушаю.

— Арестованного зовут Оскар Гравиц. Ему двадцать пять лет. Он инвалид с врожденным дефектом развития тела.

Штандартенфюрер уселся на пенек и подозрительно прищурился:

— Где он проживает?

— В городке Рульсдорф.

Это было правдой, и Гесс удовлетворенно кивнул.

— Дальше.

— В первых числах апреля сорок пятого года Гравиц был мобилизован и зачислен для службы в штаб дивизии СС «Нордланд».

Это тоже было правдой, и штандартенфюрер многозначительно переглянулся с гауптманом.

— В конце апреля перед гибелью дивизии Оскар Гравиц находился в подвале старого маслобойного завода. По какой-то причине в подвале произошел сильный взрыв. Под завалами погибли двое штабных, но Гравиц выжил и даже сумел выбраться.

— Вы арестовали его за то, что он выжил? – с ухмылкой спросил Гесс.

— Нет. В течение последнего месяца в Берлине были убиты и бесследно исчезли очень много гражданских лиц. Гравиц является одним из подозреваемых.

— Вам известен мотив этих преступлений?

Переведя последний вопрос, Анна настороженно посмотрела на Александра. Но тот не собирался развивать тему об исчезнувших музейных ценностях Латвии.

— Пока нет, – коротко ответил он.

Сплюнув под ноги, Гесс поднялся и встал напротив Василькова.

— Вас прислали сюда из Советов?

— Да.

— Вас, вероятно, считают там лучшим сыщиком?

— В Московском уголовном розыске не проводят турниров и конкурсов для определения лучших. У нас принято просто работать.

На лице Гесса появилась странная улыбка.

— Святое дерьмо, какая скромность! В таком случае, детектив, отправляйтесь в Берлин и привезите сюда Оскара Гравица. Свою помощницу вы получите только в обмен на него.

Александр выслушал перевод, в конце которого Анна тихо добавила от себя:

— Не делайте этого, Александр Иванович. Он все равно обманет.

— Передай ему, что я привезу Гравица, если он…

Девушка начала переводить, но эсэсовец неожиданно ударил пленника кулаком в живот.

— Я же сказал: никаких «если»! – заорал Гесс над согнувшимся пополам Васильковым.

С перекошенным от злости лицом он нанес второй удар, третий, четвертый…

— Перестаньте! – закричала Анна.

Александр упал на четвереньки. Морщась от боли, он смотрел на часы. Стрелки показывали два часа десять минут.