Трофей из преисподней - Александр Тамоников Страница 82

— Вон, — указал Сосновский на другой перевернутый и почти разорванный надвое легковой автомобиль, который еще дымился.

Оперативники подошли к двум телам, лежавшим неподалеку от автомобиля. Оказалось, что один из офицеров был еще жив. Грузный оберст лежал в луже крови. Большой осколок попал ему в грудь и почти разорвал грудную клетку, а вот худощавый майор был, видимо, цел, но сильно контужен. Он бредил, что-то шептал и хватал пальцами воздух. Судя по гематоме на его голове, выжить ему все равно не удастся, как не грозила ему и возможность прийти в себя.

Теперь задумку Сосновского поняли все. Оперативники, переодетые в форму, которую они сняли с немецких мотоциклистов, воспользовались тем, что многим немцам еще не до них, да и внимания сейчас на эту четверку никто не обращал. Группа быстро ознакомилась с документами нескольких солдат и офицеров, установив, из каких они частей и служб. Мертвый оберст и контуженный майор служили в штабе немецкого корпуса в тыловом подразделении.

— Заберите документы убитых солдат, — скомандовал Сосновский, раскрывая книжки и раздавая Когану и Буторину те, на которых фото немцев хоть немного соответствовали их внешности. — Теперь мы все из одной части с майором… как его там! Майором Карлом Вейнером и оберстом Августом Шугелем. Ныне покойным.

Оперативники оттащили мертвого оберста и шофера разбитой машины подальше от дороги и уложили на траву рядом со своими мотоциклами. Туда же перенесли и майора. Теперь нужно принять подобающий вид и тронуться вместе с колонной на восток. А там уже один бросок, прорыв к берегу, если получится. Главное — преодолеть это расстояние, где поджидают опасности и трудности.

План Сосновского начал работать. К оперативникам, переодетым в немецкую форму, сидевшим рядом с бездыханным телом оберста и его раненого коллеги, подбежал худой гауптман в грязном мундире и пыльных сапогах. Оперативники, как и положено немецким солдатам, поспешно вскочили и вытянулись перед офицером. Витольд, которого Сосновский успел проинструктировать, тоже неловко поднялся.

— Что случилось? — не к месту выпалил гауптман, но потом, поняв, что оберст мертв, он снял фуражку и вытер лоб грязным платком. — Ах, как же это… Как не вовремя… Вы…

— Так точно, господин гауптман, — отрапортовал Сосновский на отличном немецком. — Нашей группе приказано было сопровождать господина оберста Шугеля и майора Вейнера. Они ехали в штаб корпуса, сопровождали вот испанского ученого-геолога для проведения анализа. Но до берега Волги мы так и не доехали.

— Испанец? — Гауптман удивленно посмотрел на Витольда.

— Геолог, — по-немецки ответил Витольд. — Франциско Вальдес. Специалист по четвертичным отложениям.

— Отложения. — Гауптман вздохнул и, посмотрев на дорогу, покачал головой. — Господи, какие потери, какой удар.

— Нужно офицеров отправить, — напомнил Сосновский. — Машина разбита, а у нас только мотоциклы. Не могли бы вы, господин гауптман, посодействовать, найти транспорт, чтобы…

— Да-да, конечно, — закивал гауптман, как будто очнувшись от кошмарного сна. — Бедного Августа Шугеля заберет похоронная команда. Боже, что будет с его женой, когда она узнает. У Марты слабое сердце. Какое горе… Я сейчас попробую найти машину для раненого майора Вейнера.