Левая рука ангела - Валерий Шарапов Страница 84

— Не так много, – поправил полковник милиции. – Уж точно не десятки.

— Сегодня нам главное – наметить меры профилактики, – продолжил начальник Горздрава.

Началось довольно скучное обсуждение предложений – усилить профилактические меры, госпитализировать больных при малейшем агрессивном поведении. Медикам проверять их совместно с участковыми по адресам проживания. Внедрять новые методики лечения. И прочее, прочее, прочее.

Потом объявили перерыв на пятнадцать минут.

В фойе я столкнулся с заведующим третьим отделением больницы имени Кандинского.

— О, рад вас видеть. Будете выступать? – спросил я, с улыбкой пожимая его руку.

— Да вроде не собирался, – ответил Трифонов, тоже приветливо улыбаясь. – Да и зачем?

— Как же! Вы гвоздь программы. Это ваши подопечные запугали весь город.

— Которых вы не можете найти, – язвительно продолжил он. – А вообще это просто случайность. Любая больница, любой из лечащих врачей не застрахован от такого… Кстати, как движется дело с розыском моих подопечных? Вопрос не праздный. Я и мои коллеги ощущаем себя под угрозой.

— Хоронятся где-то. Достаточно надежно и изобретательно.

— Душевнобольные вообще бывают невероятно изобретательны в рамках своего бреда. Порой переигрывают здоровых людей с огромной форой. У обычного человека голова занята множеством дел и проблем. А сумасшедший сконцентрирован весь только на одном – на предмете бреда, – отдан этому полностью. Потому с ними так трудно бороться.

— Ищем. Неустанно, наступательно. Но в каждую щель не залезешь. Надо их как-то выманить. Только вот как? Хотел у вас совета спросить.

— Советы, советы… Я готов вас консультировать, конечно. Но и взамен попрошу подумать о мерах безопасности. Вон мой добрый коллега Заботкин. Насколько знаю, тоже консультировал вас. И доконсультировался. – Трифонов с прищуром, напряженно посмотрел на меня. – Скажите прямо, это они его убили?

— Работаем над этим. Но выводы пока делать рано.

— Как бы не стало поздно, – скривился Трифонов.

— Кстати, по поводу Заботкина. От него осталось много записей, которые вызывают вопросы. Не могли бы посмотреть их? Может, они нам что-то прояснят.

— Что за записи? – оживился психиатр.

— Ну, блокноты с его личными и научными заметками. Еще кожаная тетрадь с каракулями.

— С какими каракулями? – Трифонов невольно подался вперед.

— Да кто разберет. Там часть по-немецки написана – какие-то религиозные бредни про свободу и закабаление. А другая часть – так вообще не пойми что. На первой странице выведено «ВС. Врач милостью божьей и естествоиспытатель». Знать бы, кто этот ВС.

Трифонов произнес задумчиво:

— Занятно. А эта тетрадь у вас?

— У меня. К делу ее приобщать смысла нет.

— Можете показать?

— Запросто.

— Тут такая запарка, совершенно дикая. А этот разговор стоит, чтобы на него потратить побольше времени… Давайте завтра, у нас, в Кандинском.

— Годится, – недолго думая, я согласился.

— Созвонимся еще. С утра. Обговорим время. Заодно припасу для вас несколько идей, как выманить маньяков. На чем сыграть.

— Вы считаете, это реально? – заинтересовался я.

— Еще как реально! Но требует нестандартных методик.

— Каких именно?

— Об этом наедине переговорим. Вечером. За стаканом чая с мятой – успокаивает, знаете ли… А нас уже зовут.